Жора, тебе надо еще раз продумать концепт шкафа. В нем есть маленькие недочеты.
В последней фразе — характер свекрови как на ладони. Странное сооружение, использовать которое можно либо скрючившись в три погибели и промокнув до нитки, либо спланировав в поддон вниз головой, она деликатно именует «шкафом с маленькими недочетами».
Жора и Рина повернулись ко мне. Мастер ойкнул и закрыл глаза рукой. Я насторожилась. Что случилось? Сомнительно, что Жора ослеплен моей неземной красотой.
Ирина Леонидовна округлила глаза, показала пальцем на мои ноги и прошептала:
— Ничего не вижу, ничего не заметила, но кто-то что-то потерял.
Я посмотрела вниз. На моих ступнях лежал разорванный пояс с резинками, на щиколотках висели свернутые бубликами чулки. Оставалось удивляться, каким образом я ухитрилась разодрать плотный пояс, и почему чулочки неожиданно потеряли свою фантастическую прочность.
Глава 28
— Вы переезжаете? — спросила я у Валентины, увидев в комнате штабель картонных коробок с надписями: «Посуда», «Белье», «Кухня».
— Перетаскиваюсь, — радостно пояснила Юферева. — От бабули досталась приличная двушка на краю света, а эта квартира хоть и не в самом дурном районе, но общей площадью двадцать один квадратный метр. Вместо кухни ниша.
— Немного тесно, — сказала я.
— Вы очень интеллигентно высказались, — засмеялась Валентина. — Жаль, санузел не видели — в него надо входить спиной, а выходить лицом вперед, повернуться почти невозможно, стены боками полируешь.
Такую конуру продать шансов практически нет, но мне повезло, нашелся один желающий. И на бабушкино жилье тоже покупатель есть. Теперь я обладаю хоромами — восемьдесят метров! И это только комнаты. Плюс кухня пятнадцать. И лоджии. Две штуки. Вид на парк. Причем не на окраине.
Юферева некоторое время вещала о своих новых апартаментах, которые выменяла на две не слишком удобные квартирки.
— Хотите кофе? Чая нет. Завтра уезжаю, не хочу никаких продуктов с собой тащить.
— С удовольствием, — соврала я.
Валентина ушла, а я огляделась по сторонам. Интерьер не вызывал ни интереса, ни удивления. Обычная комната, обстановка которой свидетельствовала: ее хозяйка не очень обеспечена. Книг не было, на диване валялось несколько гламурных журналов, зато на стене висел большой плоский новый телевизор.
— Сливок нет, молока и сахара тоже, — сообщила Валентина, входя в комнату с двумя керамическими кружками в руках, — но кофе вкусный. Угощайтесь.
