— А мне нравится тебя трахать, — хрипло отзывается он.
В сексе с ним я много говорю, и Антон все чаще меня в этом поддерживает.
— Повтори.
— Я люблю тебя и люблю тебя трахать."
"Зажмурившись, я целиком отдаюсь ощущениям в теле. За две недели я почти этому научилась. В этом, как оказалось, и кроется секрет оргазмов. Если в сексе думать о собственном удовольствии, а не только о том, насколько хорошо с тобой партнеру — то все получится. С Арсеном я этого не понимала.
От смакования знакомого сладостного ощущения меня отвлекает то, что Антон неожиданно сжимает мои пальцы.
Распахнув глаза, я недоуменно смотрю себе на руку, на которой поблескивает кольцо.
— Что это? — лепечу я, разглядывая сверкающий бриллиант.
— У тебя тонкие пальцы, но вроде бы подошло, — произносит Антон немного смущенно.
Мой объятый возбуждением мозг соображает не сразу. Так, выдыхай-ка, Ксюш. Кольцо надето на мизинец, так что оно точно не обручальное.
От облегчения я начинаю истерично смеяться. Боже. У меня даже поясница похолодела.
— Я если честно, уже было испугалась… Это мне? — Вытянув руку, я внимательнее разглядываю золотистый ободок на фаланге. — Очень красивое. Не знаю, что и сказать…Спасибо.
Крепко обняв Антона за шею, я целую его снова, стараясь вложить все, что чувствую в этот момент: нежность, растерянность и необъятную благодарность за то, что заставляет чувствовать себя женщиной настолько. До встречи с ним я даже не догадывалась, что мужчины бывают настолько трепетными и романтичными.
21
— У вас с женой есть секс? — спрашиваю я, задумчиво разглядывая потолок в перерыве между нашим ежедневным обеденным сексом.
Для меня это безопасный разговор. Ревности к законной супруге Антона я ничуть не испытываю. Он ее, а не мой.
— Очень редко, — отвечает Антон с запинкой.
— Почему?
— Думаю, мы больше не хотим друг друга. Когда я прихожу домой, она уже спит.
— А будить не пробовал? — шутливо уточняю я.
— Пробовал. Но часто получал отказ, так что перестал.
— И как справляешься? Судя по тому, что в среднем наш секс длится два часа, он для тебя не на последнем месте.
Антон молчит, поэтому мне приходится приподняться и заглянуть ему в глаза:
— Передергиваешь?
Он морщится. Видно, что не привык обсуждать с кем-то столь интимные темы.
— Да ладно тебе! — я щипаю его за плечо, подбадривая. — Все это делают. Я не исключение.
— Да, — с трудом выговаривает он через паузу. — Бывает.
— А ты ей когда-нибудь изменял до меня?
Снова молчание.
— Однажды.
