Ей хотелось иметь такой дом, хотелось уюта, так умело созданного Кларой, а особенно ей хотелось тепла супружеских отношений и ласкового, доброго мужа.
После визита в дом Якоба де Класа, мы прошлись по главной улице деревни, любуясь красочными видами. Природа уже пробудилась к теплоте весенней жизни и оттаявшая почва, впитала влагу зимних снегов. Кое-где зеленела травка, а на стволах вишневых деревьев появились янтарные капли смолы. Громко щебетала невидимая птаха, и на душе было невероятно хорошо и спокойно.
Мы завернули к каналу, и граф показал мне большое деревянное здание, стоявшее на его берегу.
— Посмотрите, дорогая, раньше это была мельница, а теперь можно сделать из нее мыловарню. Помещение внутри нее очень большое, здесь перерабатывали зерно в огромных объемах, но после смерти мельника, здание пришло в упадок. Лопасти сняли и перенесли на другую мельницу, поменьше, а эта осталась в распоряжении мышей и птиц.
— Можно посмотреть, что внутри? — я с интересом слушала его, разглядывая потемневшее от времени строение.
— Конечно, пойдемте. — Филипп провел меня по узкому мостику через канал, и мы оказались возле заброшенной мельницы, вокруг которой разросся ивняк и осока.
Не смотря на то, что она была старой, само здание оказалось крепким и добротным — внутри уже ничего не осталось, лишь прелая солома да полусгнивший ларь для муки, напоминали о том, что здесь раньше было. Легкий запах мышиного помета щекотал ноздри и я подумала, что нужно будет обязательно завести кошку, а то и двух.
Два окна пропускали достаточно света и в лучах весеннего солнца по углам плясали пылинки. Они кружились, взмывали вверх, чтобы снова медленно опуститься, сталкивались и вновь разлетались, напоминая детство и бабушкин чердак. Я улыбнулась своим воспоминаниям и с интересом посмотрела на лестницу, ведущую наверх.
— Для чего она? — спросила я Филиппа и он объяснил:
— Эта лестница ведет на верхний ярус мельницы, где находится загрузочный ящик для зерна.
Под ним раньше располагались жернова, вращаемые приводом от водяного колеса.
— Там можно хранить уже готовое мыло и складывать его для просушки, — сказала я, сразу же переполняясь идеями. — А возле канала удобно будет расположить чаны для варки. Под стенами я бы поставила длинные столы, на которых работницы будут штамповать бруски и упаковывать их…
— Это значит, вы согласны? — рассмеялся Филипп, наблюдая за мной. — Ваши глаза горят как две свечи.
