В тот же день шпион был вынужден записаться на курсы иностранных языков.
— К сожалению, прием окончен, — сказала директриса.
— Я вас очень прошу, — настаивал Джон Смит.
— Заходите через год.
— Я не могу так долго ждать. Мне бы «Сагу о Форсайтах»…
— Так и быть, — сказала директриса, — сделаем исключение. Давайте проверим ваши способности. Повторяйте за мной: «Май нэйм из Джон Смит». Ну, что ж вы растерялись? «Май нэйм из Джон Смит».
— Провал! — воскликнул Джон Смит и надкусил ампулу с ядом.
Стены отшатнулись, пол рванулся из-под ног, разведчик упал, и сознание оставило его, не прощаясь.
Директриса, проливая воду, старалась привести его в чувство, кто-то звонил через коммутатор в «Скорую помощь», через весь город под вой сирены летел малолитражный автобус с крестом на борту, люди в халатах тащили носилки по лестнице…
Шпион не подавал признаков жизни. Душа рассталась с ним без горечи и с облегчением, как женщина, уставшая от мук.
Разведчик лежал на гладком холодном столе, закинув подбородок.
Полы его дождевика касались земли.
Наконец вошел профессор. Он склонился над Смитом, стиснул его запястье, как тренер по дзюдо в центральной оперативной школе, затем твердым и уверенным голосом поставил диагноз:
— Острый катар верхних дыхательных путей!
От изумления Джон Смит немедленно пришел в себя.
— Этого не может быть!
— Вы сомневаетесь в моей компетентности? — усмехнулся профессор. Затем он достал чистый бланк, поставил на нем какую-то закорючку в виде перевернутого китайского иероглифа и сказал:
— Вот рецепт.
Вы будете принимать эти таблетки три раза в день. На ночь — горячее молоко с боржомом. До свидания.
Он уже двигался к следующему больному так стремительно, что расстегнутый белый халат за его спиной летел, как шлейф.
Джон Смит сунул рецепт в карман и, шатаясь, побрел домой.
Шло время. Солнечное лето, шурша и остывая, катилось к сентябрю.
Джон Смит и Надя обедали в молочном буфете.
"
"Разведчик шел к столу с подносом в руках. Он молча смотрел на жену и улыбался.
Она сидела у окна, и предвечерние лучи касались легких ее волос.
— Неужели ты ничего не заметил? — вдруг спросила Надя.
«Наследил!» — подумал Джон Смит и огляделся, нет ли «хвоста».
— У нас будет ребенок, — сказала Надя.
Качнулись на подносе молочные бутылки, со стуком покатились крутые яйца, дрогнул студня брикет.
— Надья! — воскликнул разведчик.
