Мальтийский крест Павла Первого
0 прочтений
Ниже можно было с трудом прочесть цифры, даты жизни. И на этом камне тоже был высечен такой же крест, как на часовне. Мальтийский крест…
На соседних надгробиях стояли другие имена, но фамилия была та же самая — Левенберг. И на каждом камне был высечен такой же крест с расширяющимися, раздвоенными концами.
Все так, как сказала Вера, — судя по всему, здесь находилось семейное кладбище этих самых Левенбергов.
— Второй ориентир! — проговорил начальник опергруппы.
Муравьев миновал могилы, раздвинул кусты и наконец увидел старый дом.
Двухэтажный дом с мезонином и большой застекленной верандой, правда, бо́льшая часть цветных стекол была выбита. Большая старая пригородная дача…
Муравьев подумал, что в таком доме и около него можно снимать кино — какой-нибудь фильм по Чехову или Бунину. Несколько интеллигентных мужчин слоняются по дому, обсуждая философские проблемы, в окружении равного количества молодых интересных женщин… Женщины все как одна красавицы, в белых платьях и широкополых шляпах.
У начальника опергруппы были другие заботы.
Не говоря ни слова, одними жестами он распределил своих подчиненных по лужайке вокруг дома — кто-то зашел сзади, кто-то встал возле окон.
Сам командир подошел к крыльцу.
Он встал сбоку от двери, выждал несколько секунд и резко ударил по дверной ручке прикладом автомата, потом дернул ее на себя и отскочил в сторону.
Впрочем, ничего не произошло.
Тогда он бросил в дверной проем гранату.
Изнутри грохнуло, полыхнул ослепительный свет, от которого у Муравьева потемнело в глазах, хотя он стоял вдалеке.
«Светошумовая граната», — вспомнил Муравьев знакомое словосочетание.
Выждав несколько секунд, командир опергруппы ворвался в дом, оттуда донеслись тяжелые шаги и громкие выкрики:
— Ты что, сдурел? Это же свои!
Муравьев вышел на поляну, пошел к крыльцу, настороженно оглядываясь по сторонам.
На крыльце появился командир опергруппы в сопровождении нескольких бойцов.
— Никого! — сообщил он разочарованно. — Птичка улетела, гнездо остыло!
В это время из соседней рощицы появилась старушка с жизнерадостным фокстерьером на поводке. Она с интересом разглядывала оперативников.
— Это что, ребятки, вы кино здесь снимаете? — проговорила она.
