Я не удивляюсь, потому что когда спрашивала, что-то такое и предполагала. Я не понимаю, почему этот мужчина выбрал именно меня, но в том, что это не случайно в данный момент я уверена, а еще я понимаю, что мне нужен телефон.
Позвонить Андрею и поговорить с ним. Что, если все сказанное Адамом — неправда? Что если от меня потребуют подписать отказ от ребенка? Я, конечно, никогда этого не сделаю, но… кто знает, какие пытки они придумают.
Мне становится страшно, поэтому я быстро прошу:
— Елена Эдуардовна, можно ваш телефон?
Я хочу воспользоваться возможностью и пока Адам занят дочкой, позвонить Андрею.
Узнать, спросить, уточнить, пусть он скажет мне все в конце концов!
— У меня его нет. Это было еще одним условием при приеме на работу: не носить с собой мобильный.
Я киваю. Почему-то и этого я тоже ожидала. Не скажу, что я успокоилась, наоборот, мне стало еще страшнее. Ни у меня, ни у женщины напротив нет никакой связи с внешним миром. А у хозяина дома есть дочь, которая называет его чудовищем, пусть и после сна.
Где мама девочки?
Глава 7"
"— Вы так взволнованы, — произносит няня, замечая мое тревожное состояние.
— Успокоишься тут! Телефон у вас отобрали, попросили сделать визу, по которой можно будет переехать в другую страну, к ребенку вам прикасаться нельзя, сюсюкаться с ним тоже! Я все перечислила?
— Да.
— Это абсурдно! — авторитетно заявляю. — Что это за требования такие? Вы же тоже человек! А Родион ребенок! Ему нужно тепло и ласка!
Я говорю твердо, но как можно тише, потому что сыночек спит у меня на руках.
Я крепко прижимаю его к себе и чувствую тепло его тела и даже слышу, как мирно он посапывает. Что за бредовые требования?
Ладно телефон. Я же помню, что он сказал про облучение и согласна с ним. В этом — да! Но не брать сына на руки? Не сюсюкаться с ним? Ему ведь всего несколько недель! Как так можно вообще? А как тогда успокоить его плачущего? Запихнуть бутылку с молоком в рот? А как облегчить страдания при коликах?
У нас такая проблема была редкостью, но сейчас вспоминается бессонно проведенная с Андреем ночь.
Я тогда не удержалась и съела кусочек картофеля из борща. Боже, что же вытворял Родион! Я думала, что мы поседеем за ту ночь и корила себя за то, что не смогла удержаться. С тех пор я следила за тем, что ем и не позволяла себе свежих овощей, жареного, жирного.
Только сейчас ко мне доходит, что на столе на ужине был Цезарь, из которого я уже механически съела только отварное мясо, сыр и белок от яйца.
