Марат – дагестанец, правда, всю жизнь прожил в Москве, но кровь восточная, горячая, чуть что – топает ногами и визжит: «Убью, зарежу, повешу, на фарш разделаю и котлеты пожарю…» А через десять минут кольцо с брильянтами тащит – прости, дорогая!
– Вот только Славе и Акулине он пообещал отрубить Константину руки, чтобы чужих жен не обнимал, так и вышло, а об этом «Московский комсомолец» не писал, – тихо сказала я.
Вера нервно заходила по комнате.
– Поймите, Марат никак не мог убить Котю.
– Почему?
– Три недели тому назад мы решили с ним начать жизнь сначала и уехали на Барбадос.
Я вернулась только вчера и не успела войти, как позвонила Аля. Кстати, когда я сказала ей, что выхожу замуж за Марата, она стала весьма кисло выражать восторг. Рифалина просто не было в Москве, и я подтвержу на суде его алиби.
– Дорогая, – проникновенно сказала я, – богатые люди нанимают для черной работы киллера, и факт отсутствия Рифалина непосредственно на месте преступления ни о чем не говорит…
– Он не убивал Костю, – твердо сказала Вера.
– Отчего такая уверенность?"
"– Марат обожает меня и знает, как я отношусь к Катукову. Конечно, Рифалин не испытывает к Константину никакой симпатии. Но он понимает: если я, не дай бог, узнаю о его причастности к смерти Коти, нашим взаимоотношениям конец. А больше всего на свете Марат боится потерять меня, поверьте, это так. Представляете меру его любви, если этот восточный по крови и менталитету мужчина готов жениться на мне, зная, что я ему изменяла?
Повисло молчание.
Вера села в кресло, элегантно скрестила безупречные ноги и добавила:
– Не верю, что Марат говорил подобное Славе и Але.
– Почему?
– Он неглуп, отличный финансист с гибким трезвым умом, слегка вспыльчив, но не дурак. Такой не станет кричать налево и направо о своих планах. Скорей всего вы правы, он нанял бы киллера и уж ни за что бы не разоткровенничался со Славой и Акулиной. Они знакомы, встречаются на различных тусовках, но тесной дружбы нет. С чего ему откровенничать?
– Но откуда они знают об отрубленных руках?
– А вот это, дорогой майор, – ехидно пропела Вера, – вам и надлежит выяснить.
Сдается, милый братик-уголовничек и его сладкая женушка обладают чересчур полной информацией об убийстве. А слишком хорошо осведомлены, как правило, непосредственные участники! Поройтесь в семье Катукова-младшего, найдете огромную кучу дерьма.
– Вы обещали отдать бумаги…
– У меня их нет! Но я знаю, где Котя хранил секреты.
