Марь

— За Феню мою, значит, вступился?"

"— За беспомощную бабульку я вступился!

— Это, считай, одно и то же. Уважаю! — Михалыч одобрительно похлопал Ареса по плечу, а потом добавил: — Три кило отборного мяса в качестве благодарности за спасение… — он запнулся, а потом продолжил: — беспомощной бабульки. И пук зелени в придачу!

— Гулять, так гулять! — подвела итог Аграфена. — Оценил дочернюю честь в три кг мяса и пук зелени!

— Так никто ж не посягал, — сказал Apec не без ехидства.

— Папа, не нужно даров! Никто ж не посягал! — отозвалась Аграфена.

— Ох, молодежь пошла, — проворчал Михалыч, но беззлобно, а потом уже совсем другим деловым тоном спросил: — Так ты чего к нам опять, Паша?

— Я поговорить. — Apec бросил мрачный взгляд на Аграфену и добавил: — Конфиденциально.

— Папа, откуда он взялся? — спросила Аграфена совершенно бесцеремонно, словно не расслышала слово «конфиденциально».

— Он вообще-то до сих пор тут, — сказал Apec. — А ты, бабушка, шла бы погулять.

Вот это он, наверное, зря. Видно же, как Михалыч любит свою непутевую дочь.

— Феня, пойди прогуляйся. Мама, кстати, в мастерской. Можешь поздороваться.

Как ни странно, Аграфена не стала спорить. Молча перелила кофе в чашку, поставила на стол перед Аресом и вышла из кухни.

— Своенравная, — сказал Михалыч, когда стихли звуки ее шагов. — Вся в Сашку, то есть в Александру Васильевну.

— Я заметил.

— Так за каким делом ты ко мне?

— Я спросить. — Apec решил начать издалека.

— Ну, спрашивай. — В голосе Михалыча появились настороженные нотки. Все его недавнее благодушие куда-то испарилось.

— Вы же местный, да?

— А то по мне не видно! Не юли, парень! Что тебе нужно?

— Нам бы проводника. — Apec решил не юлить.

— Какого проводника?

— Проводника на болото. Не бесплатно, разумеется, а за деньги. Мы слышали, на болоте есть старый охотничий домик. Или был.

— От кого слышали?

Значит, и в самом деле есть домик. Как говорится, сон в руку. Сейчас главное — не потерять инициативу.

— Место такое любопытное там. Под ногами метра два-три прослойки из сфагнума, под ней вода. Домик стоит под перекрученной, как штопор, елью. Рядом небольшое озерцо.

Apec чуть было не сказал: «В озерце том гигантская рыба», но вовремя одумался.

— И что? — спросил Михалыч мрачно.

— И нам бы туда попасть.

— Зачем?

— Просто интересно.