Ответ на этот и последующие запросы не радуют разнообразием. Он в точности повторяет первый.
– Черт побери! – возмущается мой друг и я его вполне понимаю.
– Ладно. Попробуем следующим образом.
«Макс Коулер – биографические данные»
«Макс Коулер» – безропотно повторяет машина и, словно издеваясь над нами выдает на гора: «Информация отсутствует. Дело находится в служебном архиве президента США.»
– Здрасьте, приехали! – обескуражено произносит наш Арамис. – Вот так номер! Сейчас все брошу и полезу в президентский архив.
Командир, ты что-нибудь понимаешь?
– Только то, что мы столкнулись с чем-то весьма экстравагантным.
Насколько я помню, с ЭВМ этот архив не знаком и содержащиеся там документы имеют гриф «Особо секретно. Хранить вечно».
– Правильно. Перед прочтением сжечь, – в тон мне произносит Слава.
– Шутишь? – с укоризной бросаю я.
– Какие уж ту шутки?! Знаешь, у меня почему-то такое ощущение, что Сухорук уже тыкался в эти ворота.
– Поэтому и заинтересовался делом Мюррея?
– Видимо да.
– Хорошо, предположим, ты прав.
Но зачем вообще он потянул за эту нить?
– Пока сказать точно не могу, – лицо Бирюкова задумчиво. Глядя на него невольно создается впечатление, что, помимо компьютера, стоящего перед ним на столе, в голове у него находиться ещё один, куда более мощный. – Но полагаю, это как-то напрямую связано с делом об убийстве Мухамедшина.
– Почему? Аргументируй.
– Знаешь, когда я осматривал кабинет Сухорука, меня не оставляло такое чувство, что в нем нет ничего лишнего. По отзывам сослуживцев, он как раз из тех людей, которые больше всего ценят четкость и порядок.
Да ты сам посмотри, как аккуратно подшиты и пронумерованы бумаги в папке.
Верно, не попрешь. Как ни крути, а при жизни подполковник Сухорук скорее всего был человеком крайне методичным.
– Верно. что дальше? – соглашаюсь я, ожидая продолжения аргументации.
– Папка, которая была мною найдена в его кабинете, имеет порядковый номер два. Очевидно, где-то есть и другие.
– Честно говоря, я тоже так думаю. И что это нам дает?
– Мне кажется маловероятным, чтобы Сухорук вел какое-то свое собственное расследование.
Для этого он слишком, что называется, человек государев. Хотя окончательно отбрасывать подобную версию все-таки рискованно.
– Согласен.
– Так вот, поскольку версию о частном детективе мы пока оставляем в стороне, то, я полагаю, нам следует сосредоточить свое внимание на деле этого убитого полковника-узбека.
– Мухамедшина.
– Верно. Остается узнать, в чем тут дело.
– М-да.
