Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

Кроме того, уменьшенное количество авиачастей снизит требование к количеству выпускаемых самолетов и позволит поднять их качество. Пусть и не в области тактико-технических характеристик, а банальное качество сборки тех же самых машин. А также лучше обеспечить их запчастями. Да и те же радиостанции можно будет поставить везде.

— Я поддерживаю товарища Рычагова, — вклинился в паузу Черняховский. — Очень близкая схема была реализована товарищем Тухачевским во вверенной мне механизированной дивизии. И показала она себя блистательно.

Особенно при маневренных операциях. Мы ввели в каждую роту свое ремонтно-восстановительное отделение, которое позволяет держать все машины в весьма приличном состоянии и вводить в строй значительную часть сломавшейся или подбитой техники в кратчайшие сроки. А также отделение резервных экипажей, которые оперативно подменяли уставших, раненых, убитых. Все это позволяло держать механизированные подразделения в постоянно высоком тонусе и боеготовности.

— Хорошо, — кивнул Сталин с уже серьезным лицом, так как Черняховский, ставший по итогам Чехословацкой кампании комдивом, был в его глазах весьма уважаемым человеком в отличие от довольно сумбурного и эмоционального авиатора. — А что вы, товарищ Рычагов, говорили о подготовке личного состава?

— На текущий момент мы готовим каждого летчика около года. И это не считая желательных гражданских курсов. Однако на выходе получаем черт-те что! Чуть больше полусотни часов суммарного налета! А это ни в какие рамки не лезет! И неудивительно, что в наших частях долгое время была и продолжает оставаться высокой аварийность.

При таком смехотворном уровне налета вообще хорошо, что летчики вообще могут взлетать и садиться самостоятельно. Хоть некоторые.

— А вы предлагаете готовить их по два-три года? — с усмешкой произнес Ворошилов, откровенно недолюбливающий Рычагова.

— Зачем? — искренне удивился авиатор. — Как у нас готовят летный состав? Правильно! Вместо изучения тематических предметов и серьезной, всеобъемлющей практики, мы получаем курсы по освоению материальной части самолета.

Простите, товарищ Сталин, я позволю себе метафору: готовим не лягушку, не квакушку, а неведомую зверушку, другими словами учим не тому и не так, получая выпускников, которые и как персонал аэродромных служб не подходят, и за летный состав идут условно. При этом тратим мы на обучение таких липовых летчиков массу времени и сил.