Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

 — Боюсь, что на Уолл-стрит сменили приоритеты и задумали какую-то новую комбинацию. А так как нас в ее содержание не посвящают, то, по их мнению, не мы будем сдавать карты…

— Сдавать будут нам? — посерел Фиппс.

— Возможно. — Неприятно поежился, несмотря на хорошо протопленное помещение лорд Иден. — Есть у меня нехорошее предчувствие, что наши заокеанские друзья решили помочь нам всем тут друг друга перестрелять, а потом снизойти до нас, превратив фактически в колонии. Дерзко, не спорю.

Но иначе странный успех Советов во Франции не объяснить. А это значит, что США могли вполне изменить ставки.

— Сделать в предстоящей общеевропейской бойне своим главным боевым хомячком СССР?

— Что-то вроде того, — усмехнулся лорд Иден. — И если это так, то война будет иметь форму не Драг нах Остен, а Драг нах Вестерн. Достаточно окрепший и промышленно сильный Советский Союз — это ужас всей Европы. Кроме того, военно-промышленный потенциал у Советского Союза намного больше, чем у Германии, и если в него вложиться сейчас, через два-три года он аукнется мощной армией и стойкими тылами.

— Да. Очень похоже на то. А наши друзья с Уолл-стрит окажутся чудесными феями, которые смогут вмешаться под финиш тяжелейшей войны и спасти руины Европы. Включая нашу с вами благословенную Англию. — Лорд Иден с холодным прищуром посмотрел на Эрика Фиппса. — Попробуйте проверить эту версию в Париже. Может быть, там получится найти какие-то зацепки.

Думаю, следов там должно было остаться достаточно. Это всего лишь мои заключения. Фантазии. Но если из них окажется правдой хотя бы толика, то…

В первых числах июня Советский Союз и Французская республика заключили торговое соглашение и начали самое активное военно-техническое сотрудничество, что не замедлило сказаться и на других отраслях внешнеполитического взаимодействия двух держав. В частности, Франция отказалась санкционировать проведение конференции в Мюнхене для решения судьбы Судетской области без участия в ней СССР и Чехословакии.

А уже в июле премьер-министр Франции при поддержке левого парламентского большинства заявил, что республика выполнит свои обязательства перед Чехословакией и не допустит нарушения установленных в Версале границ. После чего инициировал мероприятия, повышающие боевую готовность французской армии.