Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

Вот заработали немецкие минометы и пушки по шоссе, подбив головную машину, и «серые гости» прыснули с полотна дороги в поле.

— Ура! — раскатисто донеслось в этот самый момент откуда-то с севера. Черняховский удивленно обернулся, обнаружив, что командиры обоих батальонов повели своих бойцов в контратаку. Глупо, конечно. Лучше бы огнем подавляли, благо что с патронами проблем не было. Но нервы после такого напряжения, видимо, сдали. Во втором батальоне даже красное знамя кто-то достал. Рассерженная русская пехота с малыми пехотными лопатками в руках — страшная сила, тем более что ее поддержали все оставшиеся огневые точки — пулеметы и минометы.

Глупо, но красиво.

От сильно потрепанного танкового полка Вермахта осталось едва ли две сотни бойцов, включая раненых. Потери легкого полка Черняховского тоже вышли немалыми, хоть и несопоставимо меньшими. Шестьдесят пять бойцов убито, двести семнадцать ранено, в том числе двадцать восемь — тяжело. Все ПТО уничтожены, как и семь станковых и девять ручных пулеметов.

Ну и так — по мелочи. Хотя, конечно, для подобной ситуации можно сказать только одно — «легко отделались», как позже подытожил Черняховский. Ведь если бы не танки Лавриненко, то и конец бы им тут пришел.

После того как пришли сведения о разгроме прорвавшегося танкового полка, на лицах личного состава Ставки отчетливо проступило облегчение. Ведь большое дело сделали — отсекли и уничтожили прорвавшиеся немецкие танки.

Остаток дня прошел достаточно спокойно, настолько, что Михаилу Николаевичу даже показалось, будто бы Вермахт понес слишком серьезные потери и ему нужна короткая передышка, чтобы привести себя в порядок и подтянуть резервы.

Причем такое мнение звучало не только от него, но и от Войцеховского с прочими. Шутка ли — такие потери! Однако в Берлине было иное мнение на этот счет…

Рано утром двадцать четвертого числа пришла неожиданная новость — противник силами трех пехотных дивизий прорвал оборону под Брно, вынудив чешские войска отойти с долговременных оборонительных рубежей.

Ничего хорошего это не сулило. «Да и откуда там три свежие пехотные дивизии нарисовались? Не было же, по сведениям разведки…» — подумал тогда Войцеховский.

К вечеру двадцать пятого февраля наступление немцев под Брно выдохлось окончательно, стянув на себя обе резервные полевые дивизии и фактически устранив всякие свободные полевые войска к югу от Праги. Если не считать отведенного на отдых в глубокий тыл северного фронта легкого полка Черняховского.