Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

Теперь их должны заинтересовать наши союзники, причем, по возможности, наиболее беззащитные и легкодоступные.

— И какими силами? — уточнил заинтересованный Кузнецов.

— Мне сложно судить об этом вопросе, — ответил маршал, — я ведь не начальник штаба Квантунской армии. Но очень много они выделить не смогут, так как уже не первый год воюют с китайцами и не рискнут ослабить фронт. Думаю, две-три дивизии. А вы как считаете?

— Я согласен с вами. Разве что сил может быть чуть больше. Да и отдельные провокации на море не исключены.

Наш Тихоокеанский флот достаточно слабый и вряд ли сможет даже в обороне держаться против японского. Боюсь, как бы нам туго не пришлось в случае большой войны. Кроме того, флот… его у нас собственно и нет. Так. Одна пародия, — махнул рукой Кузнецов. — Без больших океанских кораблей: линкоров, крейсеров и авианосцев нам с японцами не совладать. А взять их неоткуда в обозримом будущем. Даже если морской бюджет увеличат в четыре раза. Это дело минимум на пару десятилетий. Да и инфраструктуру под флот нужно делать, сейчас ведь на Дальнем Востоке у нас практически ничего нет.

— Вот поэтому нам требуется не доводить до войны с Японией, — произнес Тухачевский, — пока в Европе дела будут идти также неопределенно и мрачно, как и сейчас. То есть ударить по их войскам так в следующем году, чтобы они сильно призадумались. Совсем от своих амбиций они вряд ли откажутся, но изменить стратегию вполне смогут. Если мы их ударим слишком вяло или слабо, то они вполне смогут вступить в войну вместе с Германией, и нам придется сражаться на два фронта.

И это будет трагедия. А если мы ударим достаточно сильно, то они решат ждать исхода сражений в Европе. Постараются выгадать момент, чтобы нас добить, когда мы уже будем погибать. А так как погибать мы не намерены, то…

— Что значит сильно или не сильно? — попытался перевести разговор в более конструктивное русло Ворошилов.

— Так ему и положено так действовать, — усмехнулся Берия. — Молодой. Горячий.

— Да уж, — покачал головой Сталин, — дрова ломать товарищ Рычагов умеет.

Он хоть и толковый офицер, но слишком заполошный.

— И еще ему остро не хватает образования, — добавил Шапошников. — Хотя офицер он, безусловно, одаренный и весьма умелый. Самородок, так сказать.

— Требующий огранки, — добавил Берия с улыбкой.

— Так может нам, как старшим товарищам, заняться его подготовкой? — попытался поддержать шутливую, но очень удачную тему Тухачевский.

— Вот вы и берите его под свое крыло, — сказал Сталин.