Мастер не приглашает в гости

Но мне не хотелось ставить мистера Райли в неловкое положение, в котором или он вынужден был бы врать своему непосредственному нанимателю — сэру Фаулеру, или я вынуждена была бы объяснять работодателю, куда и почему на самом деле были украдены его деньги.

И хотя я подозревала, что деньги сэра Кристофера волнуют в последнюю очередь, и сейчас я была уверена, что он наверняка бы не осудил меня, от этой мысли все равно было неловко. Моя история — это слишком личное. А между нами и так уже совсем не те отношения, которые полагается иметь экономке и работодателю.

Или даже секретарю и работодателю!

Нет. Не-не-не, никаких откровений.

Может быть, когда-нибудь, я все-таки свяжусь с мистером Райли и узнаю, что именно он хотел мне тогда сказать, если, конечно, это было важно. Но не сейчас.

Альберт не появлялся в доме больше недели.

Не сказать, чтобы меня это сильно огорчало!

Но в воздухе все равно висело какое-то напряжение от неразрешенного конфликта.

Звонок в дверь застал меня в библиотеке, но когда я направилась в коридор, дверь неожиданно захлопнулась перед моим носом, а в замке многозначительно провернулся ключ.

А потом еще и кресло — тяжелое, массивное — с легкостью пушинки перелетело к двери, окончательно ее блокируя.

Левитационные чары были освоены.

— Эльза, детка. Ты же понимаешь, что мы не можем просто не открывать ему дверь?

Она совершенно определенно не понимала. Как это не можем? Очень даже можем! Берем — и не открываем!

Благодаря интенсивному общению за эту неделю, мы с душой стали куда лучше понимать друг друга.

Я пока не могла сказать, что она прониклась ко мне безоговорочной симпатией, но на контакт шла охотно, а еще почти перестала “хулиганить” в моей адрес. Пару раз она сделала это то ли по привычке, то ли от скуки.

— Эльза, давай я с ним сама поговорю, и если разговор пойдет плохо, то ты не меня в библиотеке запрешь, а сэра Кристофера в кабинете, и мы Альберта к нему не пустим!

И я прекрасно знала, что сэр Кристофер себя нигде запереть не позволит, но блуждающей душе мысль показалась крайне заманчивой.

Кресло улетело обратно, а дверь нехотя и с протяжным тоскливым скрипом отворилась.

Я уже готова была выслушивать о том, что совершенно непозволительно долго копаюсь и очевидно не справляюсь со всей полнотой возложенных на меня обязанностей, но Альберт ничего подобного не сказал.

— Добрый день, мисс Ривс, — подчеркнуто вежливо произнес он, протягивая мне не шляпу и пальто, а несколько конвертов.