Мастер не приглашает в гости

Что-то мне подсказывало, что предыдущая экономка отказалась бы ждать десять минут, пока журналист сделает карточку…

— Только, мисс Ривс, как вы понимаете, мало уговорить людей, что им нужны работы Криса. Надо уговорить Криса, что ему нужны заказы этих людей. И это иногда задача посложнее некоторых артефактов.

Ну вот мы и подобрались к основному. Тому, ради чего весь этот монолог и затевался. И хотя мне, конечно, было очень интересно, и хотелось задать множество вопросов: а что с родителями братьев? Они еще живы? И если да, то какие с ними отношения? И почему все-таки старший так не хочет, чтобы младший работал над домом? Неужели не верит в то, что это принесет финансовый успех? Но даже если и не принесет, ведь финансовой нужды у братьев нет? Неужели сэр Кристофер никогда сам не принимает заказы?.

Они роились в голове, но приличной, воспитанной экономке совершенно неуместно было их задавать. И я задала другой.

— Мистер Фаулер, я правильно понимаю, что вы ждете от меня содействия в тех мероприятиях, которые вы считаете направленными на благо сэра Фаулера?

Альберт хмыкнул.

— Я признаю, что мне было бы спокойнее самому выбрать прислугу для Кристофера. Но раз он предпочел в этот раз сделать этот выбор самостоятельно… приходится работать с тем, что есть. Мне не впервой подстраиваться под его причуды. Но да, я бы хотел рассчитывать на ваше содействие, если мне таковое понадобится.

Ага, потому что сэр Кристофер а) не самостоятелен б) простодушен в) является целью шпионов и бандитов… и прочие буквы алфавита. Нет, я была крайне признательна за краткую историю жизни моего работодателя. Но какие-то кусочки у меня все-таки не сходились.

Даже не кусочки, а… просто не вязался у меня образ моего работодателя с тем наивным и беспомощным человеком, которого рисовал Фаулер-старший.

— Я так полагаю, ни королевская служба безопасности, ни частные детективы не нашли в моей кандидатуре ничего опасного?

— Вы так это говорите, как будто должны были, — Альберт подозрительно сощурился, глядя на меня поверх бокала.

Я сделала оскорбленное лицо, внутренне все же слегка обмерев. Нет, они не то, чтобы должны были… да и вся история имеет значение уже теперь только для меня, но… я была все равно рада, что со мной она и останется.