Матабар. II

Их родители суетились на кухнях и в гостиных, а друзья уже выбирали время для визита и проверяли все ли подарки на месте.

А где-то там, вдалеке, готовила службу для самых верующих церковь Светлоликого. И еще — барак с кроватями и простую пищу для нуждающихся.

Как и когда-то много лет назад, Ардан легко находил среди домов верную тропу. Он шел, ориентируясь, как по компасу, на те чувства, что маяком светили где-то около сердца. И, уже совсем скоро, встал около невысокого забора.

Всего метр или чуть выше. За ним поднимался трехэтажный особняк с красивым крыльцом, к которому вела каменная лестница, а козырек держали две резные колонны из сосны.

Рядом, что удивительно, оказался даже пристроен гараж, а напротив — ворота на широком засове. Окна в два слоя стекол, с проложенным между створками утеплителем. Из трубы поднимался серый дым, а несколько соседних — молчали.

В доме имелось сразу несколько каминов, но при этом не объединенных в одну сеть, что позволяло избежать запаха гари в помещениях.

Цасара не соврала.

Это действительно особняк. Красивый, большой и рассчитанный куда больше, чем на четыре человека.

Двое из которых в данный момент лепили на лужайке снежную фигуру ангела. Они бились над тем, чтобы сложить ему крылья, но снег, пусть и влажный, все не поддавался их стараниям.

— Эй, Эрти, ты чего?

Маленькая девочка с пухлыми щеками, забавным носом с небольшой горбинкой, каштановыми волосами и большущими глазами, с тревогой смотрела на своего старшего брата. Тот, неожиданно замер, а затем, не оборачиваясь выпрямился и сделал шаг назад.

А когда, все же, обернулся, то они с Арданом, успевшим к этому времени открыть задвижку и пройти за калитку, встретились взглядами.

Эрти изменился за прошедшие полгода. Он стал немного шире в плечах и тяжелее лицом. Щеки налились здоровым жирком и загорелись румянцем. Его взгляд больше не выглядел тусклым и болезненным, а слегка мерцал и светился юношеским пылом. Он даже немного вытянулся ростом, из-за чего со спины мог сойти за взрослого и очень высокого мужчину.

Одетый в серое, подбитое мехом пальто, он поправил съехавшую на бок шапку, а затем…

Они обнялись. Так крепко, что, казалось, будто пытались задушить друг друга. Рядом валялись и саквояж, и вещевой мешок с посохом. И Арди нисколько не волновало, промокнут ли клятые книги по магии, отсыреет ли дерево посоха или окончательно проржавеет каркас саквояжа.

Он сжимал брата, а тот сдавливал его. Словно соревнуясь, кто сильнее.