Матабар. II

Затем выступали эльфы, рисовавшие красками ветра, что не сильно впечатлило Арди — Атта’нха и не такое умела делать, не строя при этом из себя невесть что.

Были еще фокусники, что на фоне присутствия в зале десятков магов, выглядело странно; потом выступала театральная труппа Центрального Театра Метрополии с небольшой постановкой на пятнадцать минут. В ней иллюстрировалась всем известная сцена, когда израненный царь Галеса смог подняться на вершину последней крепости Эктаса. Там его, перед самой смертью, нарекли Императором и, часом позднее, первый правитель Империи погиб от ран.

Героический эпос, который обожали все мальчишки.

Ардану он тоже нравился.

Странно, но сейчас юноша понимал, что дедушка… прадедушка рассказывал эту часть истории ничуть не с меньшим азартом и почтением, нежели остальные. Даже несмотря на то, что в ней рассказывалось про падение Эктаса и героизм людского царя.

Под конец, когда уже почти не осталось танцующих пар, да и музыканты на оркестровом подиуме сменились в третий раз, и только за стенами дворца все продолжали гулять галдящие люди, Император поднялся с места.

Все вновь разом замолкли и зал погрузился в тишину.

Ардан не понял почему именно, но в зале от этих слов повисла несколько напряженная атмосфера. Словно люди не ожидали услышать то, что только что прозвучало. И, видимо, выражение лица юноши оказалось красноречивее любых слов.

— Обычно празднование коронации среди дворян и власть имущих идет несколько дней, — шепнула на ухо Атура. — В конце концов не так уж часто они съезжаются сюда полным составом со всех уголков страны.

— А если сказать прямо, — усмехнулся Дэвенпорт. — то он напомнил обленившимся аристократам и раздобревшим чинушам, что кроме вина и постели, надо еще и о своей работе помнить.

Да его никто и не ждал, так что…

— Разрешите пригласить вас на танец, друг мой.

Ардан поперхнулся куском хлеба с паштетом. По вкусу, кажется, из печени утки.

Перед ним, в золотом платье, с диадемой из разноцветных бриллиантов, стояла девочка с черными волосами, на которых пылал узор в форме цветка Горного Хрусталя.

— Ваше Императорское Высочество, — опустилась в реверансе Атура.

— Великая Княжна, — поклонился, прижимая ладонь к сердцу, Дэвенпорт.

Один только Арди, как идиот, застыл с надкушенной брускетой около рта. А перед ним, с протянутой рукой, стояла Анастасия, в чьих глазах плясали недобрые, смешливые огоньки.