Матабар III

Красивая настолько, что её впору было спутать с эльфийкой, а фигурой… стоило заметить, что даже работницы заведения Красной Госпожи, учитывая, что ходили чуть ли не голышом, не могли похвастаться такими же формами. И при этом девушка даже не пыталась их подчеркивать. Скорее наоборот.

— Да, конечно, — ангельским голосом ответила красавица. — А тебе, родной? Стул удобный? Хочешь, поменяемся местами?

На её фоне, обычно вполне себе приятно выглядящий, высокий, крепкий Эрнсон казался несколько несуразным. Особенно его громоздкий, орлиный нос.

— Нет-нет. Все в порядке. Может тебе немного придвинуть тарелку с приборами?

— Ой, нет, я справлюсь… тебе налить морса?

— Давай, лучше, я тебе налью?

Ардан почувствовал, как по телу побежали мурашки.

Он совсем забыл про клятый морс!

— Не переживай, новичок, — похлопал его по плечу Милар. — Я ожидал, что ты запамятуешь, так что попросил еще и Александра.

— Был занят разрушением части города, — подколол его капитан. — Говорю же — не переживай.

Над столом поднялся мужчина.

— Ильдар Налимов, — представился он, поочередно пожав руку всем присутствующим. — Друг Алисы.

Сама Алиса в этот момент вела тихую беседу с разом повеселевшей Алиной Урской.

Еще через пару минут в комнату вернулись Эльвира с Тесс и Галиной. Они катили небольшие столики на колесах, буквально заставленные блюдами с закусками и салатами. Горячее, как всегда, предложат позже.

Когда женщины вошли, мужчины, включая самых младших, встали, а Арди рванул было помочь расставить все на стол, но его остановила Тесс. Проходя мимо, неподдельно счастливая, она тихо шепнула:

— Так не положено, Арди-волшебник.

Но она не дослушала и ушла расставлять тарелки на стол. А Арди, стоя столбом, чувствовал себя предельно неловко. Он не немощный и не старый, чтобы его обслуживали. Но, видимо, уклад Предгорной губернии и столицы различался даже в таких мелочах.

Милар, сидящий во главе, осенил себя священным знаменем Светлоликого и сложил ладони лодочкой.

— Благодарим тебя, Отец Отцов, что позволил нам собраться в этот день в здравии и покое. Благодарим за дары твои для наших тел, за мгновения твои для наших душ, за свет и тень для глаз. El’a’ar.

— El’a’ar, — произнесли остальные и только после этого приступили к трапезе.

Зазвучали вилки и ложки. Послышался первый смех и обсуждения. Дети говорили об одном, взрослые о другом.