Матабар III

Но Арди знал, что учитель внимательно следит за обстановкой. Никто не смог бы скрыться от нюха и взгляда Грозы Горных Пиков.

Все вместе, они отдыхали у подножия склона, где густой лес сменялся тонким, низкорослым пролеском. Колючая трава и пушистый мох уступали место острым, мелким камешкам. А выше, где-то там, среди облаков, терялись Алькадские пики. Молчаливые и суровые… пока не узнаешь их поближе. Маленький охотник узнал. И теперь видел среди темных скал, заснеженных вершин, глубоких расщелин, водопадов и быстрых рек не пустые, безжизненные дали, а нечто столь же драгоценное и радостное, как и внизу — в лесных разливах.

Дул ветер. Он гнал уже сереющие и сыреющие облака откуда-то с запада. Оттуда, где, в бесконечной дали, заканчивались Алькадские волны.

— А почему волны? — спросил маленький охотник.

Их же, все-таки, на поляне отдыхало шестеро. Рядом с Арди на пне, выросшем из земли после короткой просьбы, сидела волчица. В облике, одновременно похожим на тот, в котором ходили звери и на тот, что маленький охотник видел в собственном отражении на воде.

В руках она держала одну из книг, а рядом, к пню, приставила посох, украшенный переплетением множества рун и, даже, картин. Те чем-то напоминали своих сестер из пещер Горы Памяти.

— Потому что, маленький друг, порой я забываю, что вижу перед собой горы, — ответила волчица. Она закрыла книгу, спустилась с пня, тут же втянувшегося в землю, и, подойдя к Арди, уселась рядом. Точно так же оперлась на Гуту и потерлась, поудобнее устраиваясь в медвежьем меху.

Маленький охотник снова обернулся к скалам.

— Но они совсем не двигаются, — недовольным тоном, заметил он.

— Для тебя, маленький друг, — странным голосом, немного печальным, произнесла Атта’нха. — Для тебя они неподвижны, а для меня лишь медлительны.

— Медлительны? Как старые охотники?

— Даже медленнее, — Атта’нха обнажила клыки в доброй улыбке. — Совсем неспешные. Как усталые утки.

— Такие? Вперевалочку? — и Арди попытался изобразить выбившуюся из сил утку, нелепо шлепающую ластами по берегу озера.

Атта’нха засмеялась и прижала маленького охотника к себе. Так они и сидели. Греясь в меху Гуты, слушая его низкое, гулкое дыхание. Нежились в лучах солнца, вдыхали ароматы утомленного весной и летом леса и вглядывались в опускающееся все ниже, и ниже, и ниже — небо.

— В следующем цикле я уже стану взрослым охотником, — прошептал юный охотник.