Меченый

Комментаторы что-то взволнованно лопотали, Ричард рыгнул, мистер Эдер встал с кресла и вышел из комнаты.

– Кто выигрывает? – спросил я, чтобы показать Ричарду свое дружеское расположение.

– Какой-то парень в шляпе, – сказал он. – А тебе не все равно?

– Мне тоже. Я могу с тобой поговорить откровенно?

– Мы оба знаем, что Моника не блещет умом. Мы также знаем, что ты с ней встречаешься не из-за ее литературных вкусов. Поэтому я думаю, что ты с ней спишь. А если нет, если не трахаешь ее постоянно, день и ночь, день и ночь, то какой смысл встречаться?

– Вы очень выразительно изъясняетесь, Ричард.

– Да, верно, я помню, но ты только посмотри на нее. У кого еще есть такие ноги? Они растут от ушей. А сиськи просто идеальные.

– Иногда она загорает на заднем дворе и расстегивает лифчик. А я сижу в своей комнате и смотрю из окна.

– Ричард, вы говорите гадости.

– Послушай. В Интернете есть девочки в десять раз хуже Моники, которые делают состояния на том, что всего лишь раздвигают ноги и задирают рубашки перед фотокамерами.

С ее формами она может заработать в два-три раза больше, чем сейчас. На кой ляд она прозябает в дурацкой юридической конторе?

– Она выполняет полезную работу.

– Может, ты поговоришь с ней за меня?

– У меня есть идея открыть веб-сайт. Назовем его «Моникаленд», точка, ком. Я уже зарезервировал имя домена. Я возьму на себя всю черновую работу: дизайн, обслуживание, электронную переписку. Буду даже отвечать на вопросы в чате «Моникаленд». Все, что от нее требуется, – позволить себя сфотографировать.

Мы заработаем целое состояние.

– Не думаю, что готов говорить с ней на эту тему.

– Чудила, она сможет обеспечить себя на всю жизнь. Ты тоже получишь «откат», если убедишь ее.

– Если желаете быть сутенером, Ричард, вам нужно лучше одеваться.

– Да я просто забочусь о своей сестре. Хочу дать ей деньги на черный день. Так принято у нас в семье – мы заботимся друг о друге. Предупреждаю: если хочешь трахать мою сестру день и ночь, как делаешь сейчас, лучше согласись.

– Я узнал тебя, как только ты вошел.

Видел тебя по ящику. Ты тот парень, который представляет Чарли Калакоса с картиной.

– Договоримся вот как: ты поговоришь с Моникой о вебсайте, а я не скажу родителям, кто ты.

– С какой стати я должен беспокоиться о том, что вы скажете или не скажете? Что от этого зависит? Или я чего-то не понимаю, Ричард?

– Можешь мне поверить, многое зависит.

Я встал перед телевизором. Ричард отклонился в сторону, пытаясь увидеть, что делается на экране.