Меченый

– Может, я забыл смысл слов «освобождение от преследования»?

– Мы не можем поощрять преступление.

– Вспомните: я говорил, что картины нет.

– А если мы не согласимся?

– История все равно выйдет наружу, я об этом позабочусь. Самым надежным союзником моего клиента всегда была пресса, и мы обратимся к ней как к последнему средству. Одно из двух: вы или получите свидетеля, который будет давать показания, или все узнают, что вы оставили на свободе убийцу из-за нерушимой любви к искусству.

– Собираюсь привести Чарли домой, – сказал я в телефонную трубку.

– То есть сделать глупость, – уточнил Лавендер Хилл. – Большую-большую глупость.

– Я знал, что вы обрадуетесь. Ваш клиент доволен нашим визитом?

– Он терпит неудачу за неудачей.

– Уверяю вас, он не сдастся без борьбы.

– И вы, Лав, – его воинствующий защитник?

– Я всего лишь сводник.

– Это хорошо, что вы нашли подобающее место в жизни. Значит, у него есть кто-то другой, кто выполняет грязную работу, не так ли?

– Вы носитесь, как откормленный гусь с отрезанной головой, поэтому работа будет не такой уж грязной.

– Узнал. И смею вас заверить, он и здесь потерпит неудачу. Какие финансовые договоренности имеются у вас с клиентом?

– Не ваше дело, мой дорогой.

– Думаю, он заплатил аванс, потому что оперативник вашего калибра не работает в кредит. Но заплатил ли он за интересующий нас предмет?

– У нас существуют определенные договоренности.

– Условное депонирование?

– Что случится, если условием доставки этой маленькой игрушки будет то, что она не попадет к вашему клиенту в Лос-Анджелес?

– Переговоры возобновляются?

– С моим дополнительным условием.

– Вы неиссякаемый источник сюрпризов. Я деятельный человек, Виктор. Предвидя возможные финансовые затруднения первоначального клиента, я переговорил с другими коллекционерами, с которыми работал в прошлом.

– Значит, даже если картина не попадет в Лос-Анджелес, за нее все равно заплатят?

– Вы на редкость сообразительны.

– Передайте другим коллекционерам, чтобы готовили чековые книжки. Может быть, мы откроем торги, повысим комиссионные.

– Какая восхитительная перспектива!

– О, Виктор, можете на меня положиться – я ни за что не исчезну. Но позвольте спросить: мы стали немножко жадными, дорогой мой?

– Скажем так, Лав, – я решил, что пришло время прыгнуть через пропасть.