Медовый месяц с чужой женой

Инстинктивно сжавшись, попала коленом между ног нависшего надо мной Виктора.

Он взвыл и, прижав руки к причинному месту, откатился в сторону. Я, запахнула на обнажённой груди пиджак монстра и судорожно натянула обратно трусики. Искренне надеясь, что Дорогов ничего не успел сделать, вскочила и бросилась к выходу из vip-зала.

— Я люблю тебя! — корчась на полу, выкрикнул Виктор. — Потому я должен быть первым мужчиной у тебя. Ты же девственница, я знаю!

Я застыла у двери и медленно обернулась. В приспущенных штанах, с голым задом, скукожившийся на полу, Дорогов уже ничем не походил на прекрасного принца, который когда-то спас меня и мою мать от коллекторов.

— Ты бы был первым. Если бы был мужчиной.

И быстро выскочила в коридор. Идиот, который продал меня, даже не подумал о том, что Максимилиан, узнай он о случившемся, легко бы порвал второй договор, заполучив и меня, и казино. Ведь Виктор только что едва не нарушил правила, на которые сам же и согласился.

В конце коридора я растерянно замерла и осторожно выглянула в шумный общий зал. Ни Максимилиана, ни его охранников не было видно, и тут у меня вспыхнула робкая надежда: а, может, я смогу сбежать? Плюнуть на придурка, который продал меня, избил и едва не изнасиловал, и просто исчезнуть? Ну же, Романова, давай! Зачем тебе думать о том, кто о тебе не думает? Но ноги словно приросли к полу.

Глава 11. Макс

Я начал напрягаться, когда прошло минут семь. Дима и Крис сидели впереди и хмуро поглядывали в мою сторону. Я запретил им идти за Пелагеей: она не нарушит договор, уверен. А не придет, стану богаче на десяточку миллиардов. Подумаешь.

Потянувшись к карману, чтобы набрать юриста, вспомнил, что пиджак остался у девицы. Придется все-таки вернуться.

— Я сам, — недовольно буркнув, вышел из авто.

Вечерний воздух пах разогретым песком и сухой травой. Город гудел и расходился в бешеном ночном экстазе, а мне хотелось расслабиться в теплой ванне, получить, наконец, минет, и провалиться в сон без сновидений.

Димыч прикрывал, но оставался около машины, боясь нарушить мой приказ. Я шел по тропинке ко входу в привычной манере вразвалочку и замер, когда увидел застывшую на пороге Полю. В глазах у нее блестели слезы, а маленькая ладошка прилепилась к щеке.