Он был еще совсем молодым парнишкой, в отличие от остальных амбалов. Наверное, он был из неблагополучной семьи или из деревни, и ему работа у такого маститого бизнесмена, как Денис, наверняка казалась престижной. Я знала, что своим охранникам Денис платил немало и отбирал их самостоятельно. Только этот Сергей будто бы был не из их числа. Может, он чей-то сын или родственник и получил эту работу по рекомендации?
Через два дня после отъезда мужа Сергей заступил на пост у черного выхода с нашего участка. Я знала это, потому что мне разрешали гулять по территории у дома, а потому за столько времени жизни здесь я имела возможность понять график дежурств охраны: двое охранников на главных воротах, один у двери в противоположном конце участка, еще трое время от времени обходят всю территорию.
Сам дом никто не охранял – не было смысла, ведь войти в него или выйти, минуя охрану, было невозможно. Двухметровый забор не перепрыгнуть, найти еще какую-то лазейку – невозможно.
Я дождалась темноты, проскользнула между охранниками, обходящими территорию, и поспешила к черному выходу, где дежурил Сергей.
Довериться ему было рискованно, но это был мой единственный шанс. Я не собиралась говорить ему, что сбегаю: я заготовила целую речь, в которую он обязан был поверить. Потому что сочувствовал мне. Потому что еще не прогнил, как те, другие. Потому что все еще оставался человеком.
– Тая! – удивленно воскликнул он, когда я приблизилась к нему.
– Сергей, мне нужно в больницу, – тут же сказала я.
– Вам плохо? Давайте позвоним доктору Александру Дмитриевичу!
– Боюсь, Александр Дмитриевич мне не поможет.
Мне нужен женский доктор, ну вы понимаете…
– Да-да, – смутился парень. – Давайте вызовем машину с главных ворот. Кто-нибудь из ребят отвезет вас, или я сам…
– Сергей, мы не будем вызывать машину. Я сама съезжу в больницу, – твердо сказала я."
"Он понимающе кивнул и начал отпирать дверь. Сердце мое так бешено стучало, что этот стук, казалось, набатом разносился по округе. Вдруг, не закончив начатое, Сергей обернулся ко мне и сказал:
– Он не поверит, что я поверил в вашу историю с больницей, и решит, что я вам помог.
Я замерла. От разочарования мои губы задрожали, и я прикусила нижнюю, чтобы не расплакаться.
– Ударьте меня посильнее. По голове. Вот, – он поднял осколок кирпича, не пойми откуда взявшийся здесь. – Бейте посильнее, чтобы кровь потекла.
– Я… я не смогу.
– Сможете. Я потом скажу, что вы напали на меня и сбежали, так у вас будет фора.
