Механизм пространства

Торвен вернулся домой, постукивая тростью по булыжнику, выпил кофе (на обед денег не оставалось), а вечером нанес визит Далгардам. Следующий пункт его стратегического плана требовал согласования, ибо он был не прочь притащить гвардейца-усача под венец – пусть и в инвалидной коляске. Тогда-то Зануда и познакомился с Анной-Гретой, после чего стратегические планы пришлось срочно менять.

Маргарет, первенец четы Торвен, родилась через месяц после того, как молодой отец получил диплом юриста. Отставной лейтенант не строил иллюзий; на адвокатскую практику средств не было.

Родичи гвардейца-инвалида позаботились, чтобы путь в юридическую корпорацию закрылся для «негодяя» навсегда. Выручил бывший сосед. Секретарю Королевского научного общества Хансу Христиану Эрстеду требовался помощник.

Анна-Грета Торвен умерла от скоротечной чахотки в 1829-м, перед рождеством.

Свинцовый карандаш оторвался от бумаги. Иероглиф – две башенки. У той, что справа, – хвостик, над левой – фигурная крыша. Для непонятливых – латинские буквы: «Long».

А поскольку Торвен все равно чесал в затылке, девушка вновь взялась за карандаш. Раз черточка, два черточка; хвост, длинная голова с усами-спиралями…

Туже затянула поясок.

– Нет, – отрезал Торвен. – Убивать никого не надо. Я разберусь.

И не выдержал – глянул на рисунок. Уши, хвост, зубастая пасть. Дракон? Интересно, кто это здесь дракон?

Собреро барабанил, как оглашенный. Галуа-младший деликатно скребся на собачий манер. Вежливый портье стучал три раза и ждал.

Сейчас же дверь вздрогнула от уверенной требовательности, знавшей, что имеет на это право.

– Мсье! Я знаю, что вы там!

Шкатулка с пистолетами осталась в номере Зануды. Зато под рукой имелась трость.

– Мсье! Я из министерства. Портье сказал мне…

Жестом Торвен велел Пин-эр спрятаться в соседней комнате. Прохромав к двери, он щелкнул замком.

– Роже Шатьен, чиновник по особым поручениям. Разрешите войти.

Не вопрос – утверждение. Все равно, мол, разрешите, никуда не денетесь! Хотелось ответить колкостью, но Торвен сдержался.

Портить отношения с министерством, каким бы оно ни было, глупо. Полиция и так на нас зуб точит. Не хватало еще клыков правительства.

Особый порученец вошел в номер, как к себе домой. Несмотря на партикулярное платье, в нем чувствовалась военная выправка. Первым делом визитер окинул взглядом комнату и, не найдя ничего подозрительного, кроме столика с двумя чашками недопитого чая, обернулся к постояльцу.