Механизм пространства

Князь выступил из тени – черный на черном.

– Андерс, ждать нельзя! Надо бить самим – насмерть, в печень. Андерс! Что ты молчишь?

Эрстед не ответил, подставляя лицо свежему ветру. А Ветер торопился. Ему было интересно. Приплясывая на месте, он ждал: что скажешь, человек? Вдруг ты сейчас раскроешь главную тайну удивительных созданий – людей?

Великий Ветер, Отец всех ветров, улыбался, наблюдая за сыновьями со своих звенящих высот. Дети молоды и нетерпеливы – как люди, чьи дела в последнее время заботили его чаще обычного.

Великий Ветер не нуждался в помощниках – он проникал взором в самые дальние уголки. Людская суета забавляла его – человеки были не первыми, кто мнил себя хозяевами Земли, строя планы на века. Где они, эти мечтатели?

Где окажетесь вы, люди?

Ветры-сыновья занесут пылью и песком следы гордецов – и полетят дальше, танцуя на вечной дороге.

Но сегодня Великий Ветер утратил покой. Что-то тревожило его, заставляя вновь и вновь кружить над зеленой Европой.

Люди уверены, что им подвластно Грядущее. Грядущее уверено, что ему подвластны люди. Еще недавно Отец всех ветров посмеялся бы над этим вздором. Но сегодня ему стало не до смеха. Грядущее? Что люди знают о нем?

Великий Ветер отвернулся от полей и рек, от дорог и городов. Вверх! вверх! к границе хрустального свода, за которую нет пути даже Ему. Отсюда, от черных стен Космоса, можно разглядеть не только день сегодняшний, преходящий, но и времена иные, где однажды пролягут пути ветров – от первого до последнего мгновения.

Земля походила на сверкающий остров, скрытый в пелене облаков. Великий Ветер сдул нынешние тучи, словно снимая луковичную шелуху. Завтра, послезавтра, после-после-после…

Облака сгинули. Земля казалась по-прежнему желанной и прекрасной – лучшее из творений Создателя. Очертания континентов, моря, горы и равнины… Все, как прежде. Вот и города – огромные, они тянутся на долгие-долгие мили. Расстарались людишки: за день не облетишь! Но что это? Город, на который упал взор, отличался от виденных прежде.

Вместо кварталов, взамен улиц – затейливая вязь лабиринта. Зачем? Что вы придумали, люди?

Людей не было. Как ни старался Великий Ветер, как ни изучал мир Грядущего, он видел одно и то же: бурую жижу, текущую по изгибам лабиринта – бесформенную, безвидную. Те, кто пытался преобразить мир, словно растворились в булькающем, вязком болоте.