Мелодия убийства

Затем все трое вошли в холодное, провонявшее формалином помещение, и Павел Васильевич невольно улыбнулся, отметив, что все морги независимо от их расположения, судя по всему, похожи один на другой.

Еще забавнее оказалось то, что местный патологоанатом чертовски походил на старого приятеля Зверева Геннадия Карловича Зыкова, работающего в любятовском морге города Пскова. Очкастый, жилистый и до безобразия худой, чуть-чуть сутуловатый врач местного морга впустил в свою обитель оперативников без особого напряжения и суетливости.

Замызганный свитер, вытянутые на коленках спортивные штаны и непромокаемый клеенчатый фартук. Арсений Марьянович, впустив в помещение Зверева и Зубкова, не стал снимать с рук резиновые перчатки и воздержался от рукопожатия, что, в общем-то, никого не расстроило. Жуя мундштук уже давным-давно потухшей папиросы, Арсений Марьянович сиплым голосом спросил вошедших в его кабинет милиционеров:

– На этого посмотреть хотели? Любуйтесь…

Арсений Марьянович подвел гостей к кушетке и откинул накрывавшую тело простыню.

– Вот тебе и здрасте! Зверев, да что же это такое! Ты же сам говорил…

– Ничего я не говорил, – огрызнулся Зверев.

– То есть как не говорил? Мы же считали, что он ни при чем, что у него алиби…

– Да подожди ты. – Зверев внимательно осмотрел тело.

– Что встало на свои места? – заорал Зубков. – Ни черта я не понимаю. Два человека подтвердили, что этот уборщик не мог отравить Прохора Глухова и уж тем более убить Юлию, так как в тот момент, когда ее убивали, он сидел в камере…

Зверев с сосредоточенным видом продолжал осматривать труп.

– Сквозное ранение в грудь, после этого он пробежал еще несколько десятков метров и рухнул на землю. Что ж, все сходится, – прошептал Зверев себе под нос.

– Чего там у тебя сходится?

Зверев выпрямился и накрыл тело простыней. Арсений Марьянович откатил кушетку к стене, подошел к окну и раскурил свою давно потухшую папиросу.

– Теперь я абсолютно уверен, – продолжил Зверев, – что именно Стасик отравил Прохора, он же убил и Агату Ступоневич.

– Подожди! Ты хочешь сказать, что и Прохора, и Агату Ступоневич, и Юлию убил именно этот чокнутый уборщик? – с явным скепсисом спросил Зубков.

– Юлию убила сестра Стасика.