Зайдут за ним после следующего твоего боя.
Дама явно не из бедных и даже не из среднего класса. Податься, что ли, в альфонсы⁈ Судя по лицу Одиссеи, которая смотрела на монету с предельно безразличным видом, я подрос в ее глазах во столько же раз, во сколько — в сто — ауреус дороже сестерция.
— Вино оставь себе, — разрешил я, сильно обрадовав охранника.
— А я только хотела утолить жажду! — сбрасывая раздражение, молвила моя спутница, когда вышли на улицу, где ее ждал красный портшез с двумя носильщиками-галлами средних лет и сложения.
— Мою жену отравили вином. Подарили мне, а она попробовала, — поведал я.
— Извини, я не знала! — искренне произнесла Одиссея и поделилась выводами: — Меня не покидает чувство, что ты намного старше. Должно быть, жизнь у тебя была очень насыщенной, интересной.
— Тут ты права, — согласился я, помогая ей сесть в портшез и положив свой рюкзак у нее в ногах.
— В термы, — приказала она носильщикам, после чего задернула шторы с дальней от меня стороны полностью, а с ближней так, чтобы оставалась неширокая щель, через которую могла видеть меня, идущего рядом, и поведала: — Я тоже была замужем.
Наши семьи дружили. Мои родители сочли его хорошей парой, а этот негодяй всего за два года свое состояние и мое приданое проиграл в кости и промотал на порочных женщин, и был убит ночью на улице, когда возвращался один от какой-то проститутки.
Если не кормят дома, питаются, где попало.
Глава 28
Рим пока что маленький город, всё рядом. Термы находились севернее Палатинского холма, между домусами.
Предполагаю, что посещают их далеко не бедные люди. Только за вход брали по три сестерция с человека. В дешевых можно помыться за один асс. Оплата включала хранение верхней одежды и личных вещей. Одиссея осталась в нижней тунике, а я опять переоделся в ультрамариновые шелковые трусы, хотя можно было ходить голяком. Просто на меня столбняк напал, когда посмотрел на молодое, спортивное тело нерожавшей женщины с сиськами торчком и выбритым лобком, которое не скрывала тонкая почти прозрачная ткань.
Одиссея заметила это и с трудом скомкала самодовольную ухмылку. Мужской член раздает женщинам самые честные комплименты.
Римские термы — не просто и не столько место для омовения. В них общаются с друзьями, занимаются спортом, читают, ведут научные диспуты и заодно релаксируют, наслаждаясь жизнью в разных ее проявлениях. В сравнении с кельтами или германцами римляне моются часто, каждый день.
