Ей нужно в больницу, и срочно. Я звоню.
Лицо Кеннета выразило облегчение, но жена продолжала безмолвно протестовать, на что Мина старалась не обращать внимания. Боссе сопел с высунутым языком и как будто не понимал, что у хозяйки проблемы. Поэтому и направил все внимание на Мину. Она уже набрала «Скорую». Представилась сотрудником полиции, сообщила адрес и вкратце обрисовала ситуацию, не забыв про инвалидное кресло.
Тут и остальные забеспокоились. Девушка с дельфином ломала руки, уставившись на Мину.
— Спасибо, — сказал Кеннет.
Продолжение фразы потонуло в невнятном бормотании и всхлипываниях. Похоже, он был в шоке. Мина хотела положить ему на плечо руку, но удержалась. Кеннет выглядел таким же потным, как и она. Между тем проблемы его жены с дыханием усугублялись, и теперь это заметил даже Боссе. Он положил голову хозяйке на колени и заскулил. Она неловко приласкала его, продолжая хрипеть.
Мина всячески пыталась ее успокоить, прислушиваясь к звукам с улицы, и сирена «Скорой» не заставила себя долго ждать.
Жену Кеннета положили на носилки и вынесли из зала, не переставая держать за руку. Члены клуба дружно вскочили с мест и стоя наблюдали за происходящим. Мина проводила медиков и видела, как носилки поместили в машину. Кеннет запрыгнул следом, успев крикнуть, прежде чем захлопнулась дверца:
— Позаботься о Боссе, пожалуйста…
Машина удалилась на полной скорости и с включенной сиреной.
Утробный вой из кабинета заставил Ребекку вздрогнуть. Винсент попытался поймать выскользнувший из ее рук стакан, но не успел. Осколки разлетелись по выложенному плиткой полу, на котором тут же образовалась большая лужа.
Он только что вернулся из Мальмё. Дома все было как обычно.
— Винсент! — Мария с красным лицом выбежала из кабинета. — Немедленно убери это безумие!
Астон заревел, забыв про кубики «Лего», из которых только что что-то сооружал на полу в гостиной.
— Успокойся, мой хороший, — залепетала Мария, — мама зла не на тебя, а на папу, который хочет, чтобы мама умерла от разрыва сердца…
Винсент только что собирался уходить. В кои веки он стал инициатором совещания следовательской группы, и застрять в пробке было бы очень обидно. Винсент надеялся, что полиция уже успела добраться до Даниэля.
