Винсент вылил в рот остатки виски и наполнил бокал по новой.
Но это не могла и не должна быть Мина. Сама эта мысль абсурдна. Он ведь знает ее. Или все-таки нет? Во всяком случае, думает, что знает. Настолько, что ощущает ее присутствие даже в этой комнате, где ее нет. Потому что Мина вошла ему в плоть и кровь, стала его частью.
Мина не могла прислать ему эту книгу.
Что, если «Млекопитающие» — все-таки подарок Мины?
Винсента прошиб озноб, и неприятная мысль испарилась так же быстро, как и появилась.
Этот вариант он обдумает позже. Но если допустить, что это все-таки не Мина, то кто? То, что это могла быть Юлия, казалось еще более немыслимым. Других же вариантов просто не существовало. Винсент поднялся и принялся ходить по маленькой комнате. Чтобы думалось лучше, нужно обеспечить приток крови к мозгу. В конце концов, он лег на пол и замер.
Мысленно вернулся в день их первой встречи.
Мина сидела напротив него. В баре галдели участники конференции из Хельсингборга.
Ее соломинка в стакане с колой.
Посоветовали, и совсем не обязательно Юлия. Но если не Юлия, то кто? Этот вопрос лучше задать Мине. Но в тот самый момент, когда Винсент расскажет о сообщении и «Млекопитающих Мексики», он окажется втянут в расследование совсем в другом качестве, нежели до того, а именно сменит сторону и из участника следственной группы превратится в одного из подследственных.
И это было то, с чем ему хотелось бы повременить. Винсент оттягивал бы этот момент как можно дальше, если б это не грозило катастрофическими последствиями. Как-никак, речь шла о предотвращении следующего убийства.
Он закупорил бутылку пробкой и отнес в шкаф на кухне.
Итак, шаг номер один — выяснить, кто порекомендовал Мине втянуть его в это расследование.
А потом он должен рассказать о книге.
Которую прислала не Мина.
Мильда по опыту знала, что на визит к дедушке лучше оставить побольше времени.
Но сама она воспринимала это имя скорее в ироническом ключе, потому что если жизнь чем и баловала Мильду, то уж точно не любовью, если иметь в виду любовь мужчины.
