Менталист

И он был слишком стар, чтобы курить «травку».

«Млекопитающие Мексики» лежали перед ним на столе.

Винсент закрыл книгу, не имея ни малейшего желания перечитывать сообщение. Когда Мария ложилась, сказал, что ему нужно поработать еще. Ребекки и Беньямина не было дома. Старшие дети давно распоряжались свободным временем по своему усмотрению.

Винсент выключил большой свет, оставив слабый настольный светильник. Покрутился на стуле. Правда состояла в том, что он и сам не знал, что ему нужно. Связаться с Миной — первое, что приходило в голову.

Позвонить в полицию, но что он скажет? Что получил сообщение, обнаружить которое может лишь человек с таким же изощренным мозгом, как у убийцы? В отличие от «Лагавулина» «Балвени» он пил без льда. Но рефлекс крутить стакан, чтобы услышать стук о стекло прозрачных кусочков, похоже, впитался в кровь.

Преступнику, или тому, кто заранее знал дату и время каждого убийства, было известно также об участии Винсента в расследовании задолго до того, как об этом узнал сам Винсент.

Интересно, что сказал бы на это Рубен? Наверное, что в голове у менталиста что-то перегорело. Рубен, да… У этого человека свои демоны. Виснент задался вопросом, насколько осознает Казанова полицейского участка механизмы своего поведения? Обычно альфа-самцы такого калибра выглядят крутыми только со стороны. Под внешне непробиваемым панцирем — уязвимая плоть, об этом Винсенту говорил опыт всей его жизни. И дело здесь не в том, что именно Винсент должен открыть Рубену этот его секрет — за такое, пожалуй, можно получить и синяк под глазом. Просто иногда не мешает вслушаться в то, что говорят другие, пусть даже и Рубен.

Винсент глотнул виски, ощутив, как тот смягчает и греет горло. Прикрыл глаза. На некоторое время попытался сосредоточиться на запахе и вкусовых ощущениях — не получилось. Перед внутренним взором стояли все те же красные буквы в книге с леопардом на обложке.

Это сообщение вызывало много вопросов. В частности, кто мог знать об участии Винсента в расследовании задолго до того, как это стало известно ему самому? И здесь ему приходили в голову только два варианта.

Первый — Юлия, одобрившая идею Мины поговорить с Винсентом. И второй — сама Мина.

Мина знала. Это ей удалось пробудить в Винсенте любопытство до такой степени, что он сказал «да». И если б не Мина в тот вечер заявилась к нему в Евле, встреча, скорее всего, вылилась бы в недолгий обмен вежливыми фразами и решительный отказ с его стороны. Его согласие — победа Мины.