— Можно сказать и так, — ответил он. — Я совершил глупость. Страшную, ужасную глупость.
Он надолго замолчал. Мина запахнула халат и присела на край кровати в ожидании продолжения.
Шум на заднем плане поутих. Похоже, Винсент нашел более удобное место для разговора.
— Я изменил Марии, — сказал он. — С ее сестрой, моей бывшей женой.
— Бывшей женой? — вырвалось у Мины.
Она вдруг засомневалась, стоит ли продолжать.
Все это слишком интимно, слишком запутанно. У них с Винсентом профессиональные отношения.
Теперь он предлагает ей то, о чем она не просила. Свою личную жизнь, в которой сам, похоже, не в состоянии разобраться. С другой стороны, он позвонил именно ей, потому что рассчитывает на ее помощь. Винсент мог позвонить кому угодно, но из всех, кого знает, выбрал именно ее. И это дорогого стоит. Мина лихорадочно уговаривала саму себя. Пыталась убедить, что этот звонок к лучшему.
— Винсент, — холодно сказала она, — ты переспал с бывшей женой?
Она пыталась контролировать голос, но рука судорожно сжала трубку.
— Не знаю, можно ли это так назвать. Скорее, мы с ней столкнулись. Ничего, кроме злобы, и так все глупо… Не знаю, куда мне теперь идти.
Последняя фраза прозвучала так, будто он собирался разрыдаться.
— Нет-нет, иначе меня уже не было бы в живых.
Мина посмотрела на свои сухие руки и подумала о том, какой выбор сделала сама в свое время. Она предпочла терять друзей одного за другим, семью. И в конце концов осталась одна и раз в неделю посещает клуб анонимных алкоголиков, в чем до сих пор никому не призналась. А теперь еще боится за Винсента, который может разрушить больше, чем одну только семью.
— Какие чувства у тебя к бывшей жене?
Вопрос по делу, только вот ладони почему-то взмокли от пота.
— Чувства? — Винсент как будто немного протрезвел. — Одно время я думал, что ненавижу ее, но, похоже… Все перегорело. Полагаю, и у нее в отношении меня то же самое. Ты же знаешь, как у меня с ней получилось. Давно, тем не менее… Я ведь не думал влюбляться в ее младшую сестру, просто так вышло. Ульрика и я… мы все равно почти не разговаривали друг с другом. Поэтому, честно говоря, не знаю, почему она приняла это так близко к сердцу.