— Ты ведь знаешь, как мне нравятся виды из окон вашего корпуса на Кунгсхольмене.
Она вгляделась ему в лицо.
— Это пошлость, Винсент.
Мина стояла спиной к аудитории, когда Винсент рассказывал, как дата последнего убийства натолкнула его на сообщение в книге. Чисто практически было удобно выписывать на доске опорные пункты его доклада. Но очень тяжело эмоционально, поэтому ей требовалось дополнительное время на то, чтобы собраться. Рука слегка подрагивала, и Мина несколько раз глубоко вздохнула, прежде чем нашла в себе силы обернуться.
— Мы с Винсентом едины во мнении, что тот, кто порекомендовал мне вовлечь его в расследование, и прислал книгу.
Мина опустилась за стол, избегая смотреть в глаза коллегам. Она видела, что ее рука все еще дрожит.
— Но это же чистой воды психоз! — Рубен недоверчиво покачал головой. — И мы всё дальше от Юнаса Раска. Простите, но мы ведь живем в реальном мире, так? Не в каком-нибудь там кинотриллере или потрепанном детективе карманного формата.
Он в отчаянии бросил ручку на стол, откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.
— Спасибо за разумное замечание, Рубен. — Юлия устало повернулась к Мине: — И кто же порекомендовал тебе Винсента?
Мина посмотрела на свою руку на столе и мысленно вознесла молитву, чтобы коллеги не заметили дрожи в пальцах.
— Я сопровождала одного своего приятеля, который… посещает клуб анонимных алкоголиков на Кунгсхольмене. Там я ее и встретила. Ее зовут Анна.
— Черт, ну и друзья у тебя! — рассмеялся Рубен.
Педер скосил на него озлобленный взгляд. Мина не без удовлетворения отметила, что глаза Винсента тоже потемнели.
— Продолжай, Мина, — сказала Юлия.
— Там была Анна, и она подошла ко мне.
— Так просто? Откуда она узнала, кто ты такая? — Педер заинтересованно перегнулся через стол.
Мина чувствовала, как на ладонях проступает пот. Она не решалась даже посмотреть на Винсента, но чувствовала на себе его взгляд. Хлопнула в ладоши и дернула плечами.
— Анна слышала, как я разговаривала по телефону.
