Он одномерен, поэтому невидим со стороны.
Женщина с блокнотом наклоняется к нему.
— И каково это, больше не иметь мамы? — спрашивает она и прикладывает ручку к блокноту.
Мальчик повернулся к ней боком и не понимает, как она может его видеть. И что она имеет в виду, когда говорит, что мамы больше нет? Мама здесь, на кухне.
Мама в том, как он чистит зубы. «Мы то, что мы делаем постоянно» — так она говорила. И мальчик может быть с мамой, когда захочет.
— Довольно, — сердито обрывает полицейский женщину. — Или вы немедленно покинете место происшествия, или я буду вынужден вас удалить, чтобы полиция без помех могла продолжать работу.
Женщина быстро вытаскивает фотоаппарат и щелкает, прежде чем полицейский успевает отреагировать. Вспышка ослепляет мальчика.
— Ты забыл улыбнуться, — говорит женщина. — Впрочем, и так сойдет. Серьезные дети хорошо получаются на снимках. А твоей сестры нигде тут поблизости нет? Может, она не такая молчунья?
Женщина встает и быстро уходит. Полицейский кладет руки на плечи мальчику, заслоняя солнце.
— Это был несчастный случай, — говорит он. — Никто тебя не винит, все образуется. Ты и твоя сестра будете жить в новых семьях. Но ты должен знать — в том, что случилось, твоей вины нет.
— Мы будем жить вместе, я и Яне? — обеспокоенно спрашивает мальчик.
— Этого я тебе обещать не могу. Все зависит от того, найдется ли кто-нибудь, кто захочет взять вас обоих. Может, что и нет. Но вы точно будете жить неподалеку друг от друга и сможете встречаться, когда захотите.
Мина сидела на дне водяной камеры пыток Гудини, пробуя собраться с мыслями. Внезапно вода хлынула из бака на пол, как будто дно стало протекать. Но она продолжала поступать в бочку из шланга с той же скоростью…
Винсент стоит над Миной. Он поник, прижался к стеклу лбом и коленями, и только теснота не дает ему упасть. Мина видела, как он метался в панике, когда кончился воздух.
Но выбираться отсюда надо, и все так же срочно. Мина не знает, жив ли Винсент, но он точно будет мертв, если в ближайшее время ничего не изменится. Он говорил, что стекло разбить нельзя, но позор тому, кто сдается сразу. Мина снимает туфлю и бьет каблуком в стекло. Она старается, чтобы каждый удар приходился в одно и то же место. Пятьдесят раз. Винсент прав, в воде это сделать невозможно.
