Сможет ли он идти? Не пора ли делать ноги, потому что Яне с Кеннетом, похоже, уже далеко? В следующий момент Мина понимает, что это не самая удачная идея. Пройдет много времени, прежде чем Винсент сможет передвигаться быстро, что уж говорить о способности к сопротивлению…
Мина ставит ногу на край контейнера, стараясь игнорировать раздутые от газов, разлагающиеся звериные туши. Прогоняет мысль о миллиардах червей и трупных мух, в отчаянии вызывая в воображении картинки с единорогами под радугой, летними лугами и симпатичными котятами.
Прибывшие из Норртелье полицейские обнаружили Мину и Винсента на полу мастерской. Мина обливалась водой из шланга, из которого наполнялся бак, но в волосах застряло несколько кусков полусгнившей плоти. Будь у Мины ножницы, она обрезала бы волосы под корень.
Одежда Мины, раз и навсегда испорченная, ворохом лежала в углу. Винсент дал ей, чем прикрыться взамен. Но липкий от крови телефон был найден, и все сработало. Сделав звонок, Мина отшвырнула его в сторону, а потом затопила водой из шланга.
Полиция Норртелье выслала двух женщин. При виде Мины и Винсента одна из них обернулась в дверях.
— Нам нужны одеяла, — крикнула она кому-то через гравийную площадку. — Срочно!
— Нам звонили отсюда, — сказала другая, — и сразу после этого из Стокгольма. — Она с озабоченным видом опустилась на пол рядом с Миной.
— Да, это я звонила, — ответила Мина, хлюпнув носом. — Вы быстро приехали.
— Вы? — удивилась женщина. — Я представляла себе женщину постарше.
Мина оглянулась на Винсента.
— Яне и Кеннет позвонили в полицию и ушли, — извиняющимся тоном пояснил тот. — Я не успел сказать…
Они миновали поворот на Арланду и поехали дальше на север. После Арланды движение стало менее оживленным, одно время они были на дороге почти одни.
Кристер сказал, что понятия не имеет, почему Юлия в такой день осталась дома. «Вне сомнения, — со значением добавил он, — у нее есть на это веские причины».
