— Да, да… и, раз уж мы заговорили о шоу, не мог бы ты попросить театрального администратора не ставить газированную воду мне в гримерную?
— Они всего лишь хотят, чтобы тебе было лучше… — Умберто снова оглянулся на окно. — Мы вообще в этом не участвуем, как ты и просил. И если в гримерной появляются вода, фрукты или сладости, то только по инициативе театра. Мы ведь уже обсуждали это.
— Да, но они должны знать, что я не пью газировку перед выступлением. Мне нужен голос, то есть поддержка мышц живота. А после газировки может случиться отрыжка.
Женщины на противоположной стороне улицы пошли своей дорогой, и Умберто повернул к Винсенту усталое лицо.
— Это их дело. Ты ведь можешь выпить эту воду и после выступления.
— Но у меня больше нет сил…
Умберто поднял руку с соединенными большим, указательным и средним пальцами.
Винсент пожал плечами. Ему всего лишь не нравилось, что театр бросает деньги на ветер. И потом, много бутылок — это много этикеток на бутылках, которые надо выровнять в одном направлении.
— Ты помнишь иллюзиониста, с которым вы работали раньше? — сменил тему Винсент. — Ну, того… с ящиками… Распиливание женщин, водяной куб — старая школа. Не знаешь, что он потом сделал со своим реквизитом?
Умберто взял печенье и задумался.
— Ты имеешь в виду Тома Престо? Да… этот не мелочился. Восемь танцовщиц, три грузовика реквизита и непомерно раздутое самомнение. По мне, так слишком затратно. С чего ты вдруг о нем вспомнил?
— Подумалось, как можно на него выйти, если кто-то вдруг захочет купить что-нибудь из его вещей.
Умберто затолкал в рот остатки печенья, смахнул с бороды крошки и покачал головой:
— Мы все продали, как только у него не заладилось шоу. Одному французскому коллекционеру, насколько я помню. Думаю, этот реквизит хранится у него в сарае где-нибудь в Ницце. Мне почему-то не верится, что французский коллекционер нашел всему этому более достойное применение. Не знаю, видел ли ты шоу Тома Престо, но человек он был рисковый.
— Вот кто нуждался в контроле с твоей стороны.
— Примерно это говорил мне и коллекционер, но я плохо разбираюсь в трюках. Один этот гигантский аквариум, которым Том…
— Водяная камера, так называл это Гудини, — подсказал Винсент, но Умберто отмахнулся:
— Там, наверное, какая-то секретная дырочка сзади… Если что-то пошло не так и артист не может выбраться из камеры, ассистенту достаточно выдернуть пробку, чтобы вся вода вылилась за несколько секунд.
