На работе она держалась, но это забирало столько энергии, что дома вечером Мина без сил падала на диван. Она опустила рукава, чтобы защитить кожу от нежелательных соприкосновений, облокотилась на стол и посмотрела на Рубена:
— Ну… что тут рассказывать? Я и Линдгрен — он из молодых — прибыли на место первыми. Сразу было ясно, что это самоубийство.
Рубен снова вздохнул. Тоскливо взглянул на холодные фрикадельки в соусе, уже покрывшемся пленкой. Мина игнорировала его голод. Рубену не следовало обедать в буфете отделения полиции, хотя бы из гигиенических соображений.
— Выстрел в рот. Оружие с ее отпечатками лежало рядом. И никакой верхней одежды, несмотря на зиму. Короче, все признаки того, что она не была в ладах с головой.
— Предсмертная записка?
— Нет, никакой записки. Но Агнес долго лечилась от депрессии. Несколько раз лежала в больнице Святого Георгия. Никто из ее знакомых не удивился, узнав, чем она кончила, включая приятеля, с которым она снимала квартиру.
— Что, совсем никаких подозрений?
— Ты имеешь в виду подругу? Разве поначалу, поскольку предсмертной записки все-таки не нашли. Такие эксцентричные особы обычно оставляют записки. Кроме того, это приятель позвонил в полицию. Но подозрения отпали после того, как мы нажали на него на допросе… Похоже, минутная слабость, если учесть, что все произошло на скамейке в парке. Почему ты об этом спрашиваешь?
— У тебя есть фотографии? Тела? Места преступления?
— Какого места преступления? Я же сказал, это самоубийство.
Но Мина не слушала. Ей предстояло объяснение с коллегами, но для начала не мешало взглянуть самой.
— Пойдем. — Рубен со вздохом поднялся со стула.
Мина заметила, что он не убрал за собой поднос. Хотела спросить, не работает ли здесь, в буфете, его мама, но воздержалась. Мужчины болезненно воспринимают такие замечания, а Рубен вообще обидчив. Кроме того, Мина нуждалась в его помощи. Он направился к лифту, она — за ним.
Того, что она только что услышала по телефону, вполне хватило бы, но фотографии могли стать хорошей опорой ее версии.
— Что случилось? — Юлия вошла в комнату с перекинутым через руку пальто. — Я собиралась домой, но тут позвонила Мина… она мне так ничего и не объяснила.
— Мне тоже, — кисло подхватил Кристер с большой чашкой кофе в одной руке и булкой в другой.
— Ты не прихватил с собой еще одной булочки? — с надеждой спросил Рубен.
