Погодите, не дай бог харматан вспомнит, что ему полагается добивать аж до Гвинейского залива, и дунет в полную силу. У вас тогда не только фильтры забьются, а еще и психика.
Но стойко преодолевать тяготы и лишения — главная доблесть солдата. Остаться в живых до начала боевых действий. А то что за бардак: пора стрелять, а у нас все умерли. Так не годится. В любую погоду, на любой широте и долготе, в любое время, задача солдата — осмотреться, развернуться, оборудовать позиции, состряпать пообедать и выдумать, как поспать.
Это настоящая война. Какое было бы счастье, окажись она такая всегда, на полные сто процентов. Ролевая игра: кто первый развернулся, тому плюс двадцать к силе и меткости; кто грамотно наладил снабжение, тому плюс сто очков в карму; а теперь бросайте кости... Неспроста сказал Клаузевиц, что военное дело само по себе вполне доступно среднему уму, только воевать, блин, трудно. «Трудно» — это не про кости, это про фильтры. Это про организацию снабжения и борьбу с идиотизмом в условиях, максимально приближенных к боевым.
«И Элис в общем неплохо понимает свои задачи. Интересно, что в разговорах с подчиненными она даже не пытается ругаться и хамить. Совсем другой человек. Занятная девица. Сколько у нее лиц, вернее, масок? И сколько ей лет сейчас? Да, мы же ровесники, двадцать семь...»
— Привет, — сказал он.
Элис стояла рядом, небрежно поигрывая шлемом, она только что спустилась с машины, проделав это в неповторимом стиле опытного пилота, когда человек кубарем валится с шестиметровой высоты.
Леха моргнуть не успел, просто рядом по бетонке стукнули кроссовки, и вот девушка здесь.
Она все еще слегка поблескивала, но на мокрой коже уже плотно осела мелкодисперсная пыль, и Леха подумал, что если это быстро не отмыть, скоро кому-то придется совсем не скучно.
— Я не так уж часто соглашаюсь с моим ученым коллегой Пасечником, но если кого-то интересует мнение эксперта... — неспешно говорил Смит. — Ждать удара из варзоны действительно не приходится. Теоретически, у местных хватит дури пальнуть в комиссара АТР, так сказать, шутки ради, просто чтобы посмотреть, как ему это понравится, но по рыцарю Мальтийского ордена они не рискнут отстреляться никогда.
ООН всего лишь разбомбит остатки города, а Орден будет преследовать своего обидчика до адских врат и за ними тоже; у этих добрых маньяков есть соответствующие полномочия.
— Ну, мы на всякий случай готовы, — мило прощебетала Элис голосом, который Леха просто не узнал.
