– Здесь несколько рычагов! – крикнул он. – Какой именно?
– С петлей на ручке.
Доктор Горрин дернул указанный рычаг, и в тот же миг котельная наполнилась скрипом и скрежетом, которые перекрыли даже гул пламени в топках. Больничный аутопсист потрясенно замер.
Удивиться и правда было чему: вся боковая стена, сплошь затянутая трубами, узлами и сочленениями паропроводов вздрогнула и раздвинулась, как обычная двустворчатая дверь. В открывшемся чернеющем проеме вспыхнул железнодорожный фонарь. Прямо за стеной располагалась небольшая платформа, у которой на рельсах стоял вагон-паромотриса.
Подземная железная дорога тянулась в темноту тоннеля.
– Невероятно! – воскликнул доктор Горрин.
Доктор Доу был поражен не меньше. Он бросился на платформу, заглянул в рубку, затем – в грузовое отделение, но внутри никого не было.
– Где тела? Куда они подевались?
– Я отправил их к доктору Загеби за десять минут до вашего прихода. Здесь два мертвецких вагона. Этот, что вы видите, предназначен для дополнительной отправки в случае крушений или катастроф в городе с большим количеством жертв.
Его запускали всего пару раз.
– То есть, он на ходу.
– Вы опоздали, доктор. Вам не спасти вашего парня… Он уже и не жилец, поди. Из лаборатории доктора Загеби не возвращаются!
Доктор Доу замер. Доктор Горрин округлил глаза.
– Что вы сказали?"
"– Он попадет к доктору Загеби очень скоро. Думаю, меньше, чем через час. И тогда доктор сделает с ним то же, что он делает с мертвыми.
– Вы хотите сказать, он жив?
– Ну да, – с удивлением поглядел на доктора Доу котельщик.
– Вы ведь поэтому так раскочегарились? Пытаетесь его спасти? Иногда доктору Загеби отправляются… я их называю «спляки» – живые, но усыпленные. Для его процедур…
Доктор Доу подошел к Подвальщику и потянулся к своему саквояжу. Он выглядел собранным и решительным – казалось, все эмоции и чувства в нем умерли в одночасье, словно мухи, прихлопнутые газетой.
– Вы ведь сами сказали, Дитер, что это грязное, мерзкое дело, так?
Достав из саквояжа шприц, доктор Доу наполнил его прямо через пробку какой-то склянки жуткой рубиновой жидкостью.
– Э-э-э… говорил, да… что вы делаете?
– Вы говорили, что, будь ваша воля, вы бы бросили это дело, так?
Доктор Доу приставил шприц к горлу старика.
– Вы… вы меня убьете?
Судя по пустым холодным глазам доктора Доу и мертвенно бесстрастному лицу, он явно собирался сделать именно это.
Игла вошла в шею, поршень с легким шуршанием выдавил микстуру.
– Нет, Дитер, – сказал доктор Доу.
