Мертвые хризантемы

– Моих все равно дома до вечера не будет, – объяснила она, когда я в очередной раз заупрямилась. – Мама на работе, а папа куда-то с утра уехал, сказал, что будет поздно. А ты в таком виде еще и насморк подхватишь, а то и похуже чего, а у нас концерт через две недели.

Словом, выбора у меня не осталось, пришлось идти…

Впустив меня в квартиру, Динка небрежно сбросила прямо на пол у вешалки дорогую белую дубленку – страшную редкость в нашем городке – и пошла куда-то вглубь квартиры, велев мне раздеваться и проходить.

Я замешкалась, пытаясь расстегнуть верхнюю пуговицу на пальто, но петля-резинка закрутилась намертво и не поддавалась. Я крутила ее во все стороны и вдруг услышала истошный визг Динки. Мгновенно сбросив сапоги, я побежала на голос и замерла на пороге спальни, пораженная увиденным. Динка стояла на коленях перед кроватью и, закрыв ладонями лицо, раскачивалась из стороны в сторону и выла, а на кровати, аккуратно заправленной красивым красно-коричневым покрывалом с кистями, лежала ее мать, одетая в странную одежду, и, казалось, спала. Рядом на тумбочке лежало несколько пустых упаковок от таблеток. Мне было всего двенадцать, но я в ту же минуту поняла, что мать Динки мертва и причиной наверняка стали таблетки.

Динка выла все громче, я зажала уши, совершенно не понимая, что делать, и в этот момент в дверь позвонили. Я вышла в коридор и, подойдя к глазку, спросила:

– Это соседка. Что там у тебя происходит, чего ты орешь, как дурная?

Я с трудом отперла замок и впустила женщину в теплом длинном халате.

Она удивленно оглядела меня с ног до головы и спросила:

– Она там… в спальне… мне кажется, что ее мама умерла…

Тетка секунду смотрела на меня, приоткрыв рот, а потом ринулась в комнату, откуда заорала не хуже Динки. Мне стало так страшно, что я забыла о своем мокром насквозь и грязном пальто, о захлестнувшейся петле, о промокших колготках… Сунув ноги в сапоги и подхватив портфель, я кинулась вон из квартиры, даже забыв закрыть за собой дверь.

Я бежала, не разбирая дороги, не понимая, куда вообще мчу, и абсолютно потом не помнила, как попала домой, открыла квартиру… Меня долго рвало в туалете, потом я, как могла, застирывала пальто, пришивала разорванную петлю и все время чувствовала себя предательницей. Я убежала и бросила Динку в тот момент, когда, наверное, была ей нужна…

На следующий день Динка не пришла в школу, а мы с мамой сразу после уроков поехали в наш родной городок навестить тетю Люду.