Мертвый сезон

 – Ты, Николай Евгеньевич, табельное оружие в оружейку снести не забудь. Вечно ты забываешь, валяется этот ствол у тебя где попало...

– Обязательно, Петр Иванович, – сказал Синица.

– Ну, тогда все. Счастливо тебе! Отдыхай, набирайся сил, мозги вентилируй – они у тебя на вес золота. Мы без тебя как без рук. Так что давай восстанавливай форму, чтоб на ходу не засыпать.

Перед уходом Синица заглянул к себе в кабинет, убрал в сейф кое-какие бумаги, а заодно поискал пистолет. Пистолета нигде не было.

В такой ситуации полагалось испугаться, но Синица не испугался – привык. Отсутствие пистолета в кабинете наверняка объяснялось тем, что он остался дома, в бельевом шкафу, как бывало уже тысячу раз. Майор запер кабинет и побрел к выходу.

Здесь его снова окликнул дежурный.

– Ну что, Синица, вставили тебе фитиль? – сочувственно спросил он.

– В отпуск отправили, – сказал Синица. – Скрябин даже денег в долг предлагал, пока отпускные не начислили. Золотые, говорит, у тебя мозги!

У дежурного сделался такой вид, словно он только что получил сообщение о высадке на городском пляже массированного десанта враждебно настроенных инопланетян.

Потом он вдруг успокоился, видимо что-то сообразив, и под усами у него обозначилась недоверчивая ухмылка.

– Ну тебя к дьяволу, Синица, – сказал он. – Никогда тебя не поймешь: то ли ты всерьез говоришь, то ли дурака валяешь...

– Да, – сказал Синица. – Я этого сам иногда не понимаю.

Что делать, характер такой.

Он махнул на прощанье рукой, толкнул дверь и вышел в бархатистую темноту теплого южного вечера. В папке у него лежала бутылка портвейна, в кармане – пачка сигарет, а впереди ждала уйма свободного времени, на протяжении которого ему ни о чем не надо было думать.

С того места, где он пустил джип под откос, Глебу пришлось возвращаться пешком. Добравшись до городской черты, он взял такси и поехал к Стаканычу – нужно было осмотреться, не осталось ли там пропущенных впопыхах следов, и вообще.

..

Вообще, пришло время съезжать от старика и вырабатывать новую тактику. Подсознательно Глеб ожидал, что работать здесь окажется легче, чем в Москве, – провинция все-таки, курорт. Солнце, море, овощи-фрукты и простота нравов... Однако все, кто противостоял ему здесь, оказались на удивление шустрыми и реагировали на предпринимаемые им действия с умопомрачительной быстротой.