Мертвый остров

Клавдия Провна отшатнулась, словно ее ударили, и молча выбежала из кабинета.

Эпилог

Ликвидация сахалинской «цепочки» первоначально наделала много шуму в Петербурге. Особенно обиделись на Лыкова дипломаты: зачем вскрыл такой гнойник? Не посоветовался со специалистами… Все ведь было спокойно и безоблачно. Приехал какой-то чин седьмого класса и испортил идиллию. Дипломаты и спустили дело об операциях японской разведки в России на тормозах. Главные события творились тогда в Европе, и Дальний Восток никого при дворе не интересовал.

Аукнулось во время Русско-японской войны…

Тогда же выяснилось, что «цепочку» выкорчевали не до конца. В июне 1904 года в Токио тайно прибыл «пан Мечислав» – Юзеф Пилсудский. Один из руководителей Польской социалистической партии (ППС) подписал с японской разведкой секретное соглашение. Поляки обязались оказывать помехи мобилизации, организовать духовную оппозицию русскому правлению, готовить вооруженное восстание. Особенно понравился японцам пункт: «Создать специальную агентуру, которая будет снабжать Японию информацией о составе, дислокации и перемещениях русской армии».

В обмен на все это ППС получала 10 000 фунтов стерлингов. Поляки выполнили свои обязательства и даже устроили несколько взрывов на железной дороге. Однако неопытность подрывников привела к тому, что ущерб оказался незначительным. Подписание секретного соглашения ППС с японской разведкой получило в партии условное обозначение: операция «Вечер».

Министерство внутренних дел, в отличие от МИДа, осталось довольно результатом командировки Лыкова.

Побеги «иванов» с каторги надолго прекратились. Бежали, как и раньше, кавказские джигиты, хунхузы и просто отчаявшиеся люди. Но бессрочных стали караулить строже. Алексей получил в формуляр очередное Высочайшее благоволение. Обещанный ему бароном орден от Военного министерства проскочил мимо…

Фельдману за проявленную халатность задержали производство в следующий чин. Он покручинился, но смирился. Еще несколько лет они с Лыковым переписывались, но потом потеряли друг друга.

Таубе остался на острове выслуживать полковничий ценз.

Клавдия Провна Инцова умерла от чахотки через год после отъезда Лыкова. Ее похоронили на кладбище возле маяка. Фельдман писал, что за гробом акушерки шли все ссыльнокаторжные, кто мог ходить…"

"Письма от Фельдмана приносили только горькие вести. Так, он сообщил о гибели паровой шхуны «Крейсерок» и ее храброго экипажа. Наши моряки задержали очередного хищника – американскую шхуну «Роза».