Онлайн-библиотека книг
А среди молодых наездников завелись свои чемпионы, чьи имена передаются в Петербурге по эстафете. На них существует очередь! Парню двадцать с небольшим, а у него на счете в банке уже тридцать тысяч лежит. Каково?
– Да, – согласился Таубе, – я столько за всю службу не отложу. С другой стороны, кому от этого плохо? Барынь можно понять. В столице такая скука…
Друзья посмеялись и вскоре затем уснули. Утром их разбудил звон цепей и шум голосов. Быстро умывшись, они вышли на прогулочную палубу и увидели на пирсе множество наполовину обритых голов.
– Снова путейцы оба состава в один день подогнали. Вот идиоты!"
"На пирсе действительно была суматоха. Четыреста пятьдесят человек сгрудили в один конец и огородили часовыми. Начальники конвойных команд сдавали партии морскому караулу по головам. Крики, ругань, наглый арестантский смех… Среди забитой и запуганной массы шныряют бывалые рецидивисты, ищут, кого бы растрясти на деньги.
Алексей расспросил Фролова, что на острове самое недоступное и желанное. Тот ответил:
– Икра! Обычная паюсная икра. Так иной раз ее охота, а ни за какие деньги не достать!
Лыков, привыкший к тому, что этого добра полно в любом второразрядном трактире, удивился.
– Чем же вы там водку закусываете?
– Другой икрой, местной.
– Никогда не слышал!
– Видите ли, красной рыбы на Сахалине нету. На севере, в двух озерах, водятся, говорят, осетры, но сам я их не пробовал. Места там трудные… Поэтому в ходу икра периодических рыб, в первую очередь кэты.
– Кэты?
– Да. Ее у нас очень много. С июня по август рыбы заходят в реки метать икру, тут их и добывают в огромных количествах. Если японцы дозволят.
– Это как понять? – нахмурился Лыков.
– Так и понимайте.
– Чьего хищничества?
– Да тех же японцев. Дай им волю, они всех побьют, никого не оставят. Тюленей, моржей, котиков – всех.
