Месть невольницы. Истинная для дракона

— Он привлек её к себе, но по-прежнему в его объятиях не было ни капли того желания, которое испытывает мужчина, глядя на ту самую женщину. Он безусловно тянулся к ней, любил её, но как это было не похоже на то, что испытывала она сама когда-то… Только для Эммили было неважно, хотя она и понимала, что должна удержать его от ошибки, а не помогать её совершать. Но что, если для него это единственный способ поверить в себя? Тогда она, правда, готова на всё. — Только уговор...

— Завтра мы сделаем вид, что ничего такого не было.

— Нет, Арсель. Если тебе так нужно поверить, что тебя можно любить любым, я могу тебе это доказать. Единожды. А потом ты больше не вспомнишь об этом. И дальше мы останемся друг для друга просто родными, обещай. У тебя своя жизнь. Отдельная от моей. У меня своя. Хоть мы и связаны. Я не верю, что смогу быть с кем-то. И не хочу этого. Но ты сможешь прожить свою жизнь полной. Тебя столько ждёт впереди.

— Я готов отказаться от всего ради тебя.

— Я знаю. И я готова от всего, кроме сына и твоего счастья.

— Я счастлив с тобой.

— Это другое. Однажды ты скажешь мне спасибо, — она погладила его по чешуйчатой щеке. — Ну что? Будешь меня целовать?

Эммили чуть улыбнулась.

— О, ещё бы, если ты мне разрешаешь, — рассмеялся принц и закружил её, подняв на руки.

Поставив Эммилию на пол, он очень осторожно и легко коснулся её губ своими. Это было так трогательно. То, как он почти неощутимо обнимал её, как невесомо, коротко и кротко поцеловал, как вздохнул, глядя потом ей в глаза.

Это было то, что она ожидала от него. Нежность. Ощущение защищённости. Заботливая ласка. Его несмелый восторг.

Арсель словно боялся сломать её. Так бережно, аккуратно и ласково обнимал. Не касаясь ничего, кроме спины и плеч, усадил на диванчик у окна, примостившись рядом, гладя её лицо кончиками пальцев, невесомо обводя контур губ, будто изучал или любовался. Она прикрыла глаза и скользнула ладонью к его волосам, перебирая их.

Его трепетная нежность без грамма вульгарной пошлости заплаткой ложилась на её израненное сердце, позволяя почти забыть о пережитом прежде.

И на сравнении она теперь знала, как может и должен вести себя любящий мужчина. Пусть Арсель любил её иначе, и в их отношениях не было страсти, но этот вечер излечит в ней давний страх физической близости, которая казалась ей с тех пор неким постыдным и грязным процессом. И вот другой дорогой сердцу дракон пытался доказать, что всё может быть иначе. И кажется, вполне успешно.