Месть невольницы. Истинная для дракона

Её сознание затуманивалось от его осторожных и невероятно домашних, уютных объятий, в которых можно было расслабиться и довериться…И когда он снова наклонился к ней, а она продолжала гладить его голову, в её разуме что-то повернулось. Сквозь ресницы она видела перед собой другого — того, кого любила всей душой когда-то, кому отдала своё сердце, из-за кого потеряла его потом…

— Азар… — Вырвалось из её губ, и она замерла, распахнув глаза. Впервые с тех пор она произнесла это имя. Наверное потому, что хотела бы прежде, чтобы именно он был с ней таким.

.. И так испугалась, что обидела Арселя.

Но принц не выглядел смущенным или расстроенным, он даже не напрягся, продолжая рассматривать её с таким выражением, будто ребёнок, получивший долгожданную игрушку. Всё так же невинно обнимал её и спокойно улыбнулся, когда она прошептала:

— Ничего, — сказал он ей и чмокнул в самый уголок губ.

— Я только что тебе всё испортила.

— Поверь, Эммили, ты сделала мне сегодня самый большой подарок.

— Ты была готова стать моей.

Никто никогда не делал для меня ничего, что делаешь ты, и ради меня не поступал так! — Он о чем-то подумал и спросил снова. — У тебя раньше был кто-то... ещё, — очевидно, хотел спросить «кроме брата», но не стал, а она и так поняла.

— Нет, не сложилось.

— За что, мой хороший?

Они полулежали на диванчике, обнимая друг друга, как дети, связанные общим секретом, которые прячутся от невзгод под столом, прижимаясь друг к другу, и продолжали говорить, как говорили всегда. Честно озвучивая свои мысли, не скрывая, не смущаясь.

— Я не должен был просить тебя. Хотя моё предложение стать настоящей семьёй всегда будет в силе.

— Ты можешь просить меня о чём угодно, и сколько раз тебе говорить, что мы уже настоящая семья, — она легонько толкнула его локтем в бок, на что он шутливо охнул.

— Я так люблю тебя, Эммили. Так благодарен тебе. Ты не сможешь себе представить.

— Не больше, чем я тебе, Арсель, — она положила голову ему на плечо.

С ним не нужно бояться боли, или того, что тебя сожмут слишком сильно, что обидят.

Потому что он никогда этого не сделает. Эммили правда была благодарна Арселю за то, что прижав её к себе, как обычно, он остановился даже не начав ничего. Наверное, ему, как и ей, важно было само осознание, что рядом есть кто-то, кто примет тебя любого, сделает для тебя всё и никогда не оттолкнет.

Если бы они не были сломаны, то никогда не оказались бы в такой ситуации, залечивая раны друг друга. Хотя всё равно могли бы быть добрыми друзьями.