Коробка больно тяжелая… Конечно, конечно… Коля дал мне адрес… Еду… Не беспокойтесь… Можете не причесываться… Я позвоню и передам вам прямо в дверь…
Гена повесил трубку.
Вышел, сел в машину.
— Ну поехали.
Мужчина поднялся на постели, взял с тумбочки сигареты, зажег спичку.
— Кто это?
— От мужа посылка.
— Круглосуточная поставка фирменных вещей?
— Не злись, Сережа, — Алла поцеловала его в щеку. — У нас еще полчасика есть.
В прихожей зазвенел звонок. Алла накинула халат и пошла к двери. Свет в коридоре она не зажигала.
Повозилась с запорами, раскрыла дверь.
В квартиру ворвались двое.
Телефон звякнул, словно подавился, и Корнеев сразу же снял трубку.
— Корнеев, — хрипло со сна сказал он. — Так… Так… Давай машину.
В комнате, где еще вещи сохранили следы насилия, сидела рыдающая Алла и растерянный Сергей.
— Так, — сказал Корнеев, оценивая обстановку, — так. Вы кто?
— Я, — Сергей засуетился, начал доставать из пиджака документы, — я, собственно…
Игорь взял удостоверение, прочел, посмотрел сочувственно на него, усмехнулся и сказал:
— Ну кто вы, собственно, догадаться нетрудно, поэтому я не буду спрашивать, почему вы находитесь здесь.
Как было дело? Только кратко и точно. Ведь мы вроде как коллеги.
— Я лежал в постели. И вдруг услышал какой-то шорох в коридоре. Встал. В комнату ворвался человек с пистолетом.
— Как он выглядел?
— Высокий, на лице маска, одет в темный халат…"
"— Какой халат? — удивился Корнеев.
— В них мастера на производстве ходят.
— Что вы еще заметили?
— У одного бандита был пистолет ”ТТ”, у второго — ”ПМ”.
— Точно?
— В этом я разбираюсь… Потом, — Сергей закурил, подумал, — один говорил с грузинским акцентом.
— Они называли друг друга по имени?
— Нет. Они связали нас, потом накалили утюг докрасна и сказали Алле, или она выдаст деньги и ценности, или они ее прогладят…
— Дурак! Сволочь! Дурак! Это ты все! Ты! — давясь слезами, закричала Алла. — Ты! Ты!
— Что случилось, в чем вы его обвиняете?
— Гражданин Степанов сказал ей, чтобы она сама отдала ценности, не дожидаясь, пока грабители ее пытать начнут, — вмешался в разговор оперуполномоченный из райотдела.
— Это он… Он, — на неестественно высокой ноте продолжала кричать женщина… — Паразит!
— Много они взяли? — спросил Корнеев.
— Двадцать тысяч рублей, пять тысяч чеками, драгоценности, две видеосистемы, — пояснил оперативник.
— По такой сумме заголосишь.
Корнеев вышел в коридор, вызвал приехавшего с ним старшего оперуполномоченного Булыгина.
