Как на четкой фотографии Маша увидела чудовище, сидящее на корточках и склонившееся над телом мужчины в белом костюме, залитом кровью. Когда фары прорезали темноту, чудовище обернулось, и Маша очень хорошо разглядела его оскаленную морду. В этом воплотившемся кошмаре из самых страшных снов она, ни на секунду не усомнившись, признала Варвару Изюмову. Та была совершенно не похожа на себя, и в то же время ее совершенно невозможно было с кем-то спутать. Это была точно она — девочка из старшего класса и одновременно древнее кровожадное чудовище.
В руках ЭТО держало что-то, истекавшее кровью, и огромными клыками отрывала от него куски. Нижняя половина морды старой ведьмы была вся в крови, которая капала с подбородка на красивое платье. Глаза ведьмы были совершенно безумные, желтые, страшные, огромные с узкими вертикальными и светящимися в темноте зрачками.
""Это же она его сердце ест"" — совершенно спокойно и отстраненно подумала Маша, проваливаясь в темноту обморока.
* * *— Что было дальше? — невозмутимо спросила Наталья Васильевна, поскольку поверить в сказанное было никак невозможно. Она и не поверила, всякое приходилось слышать на допросах, если все воспринимать всерьез… Вот только непонятно было, зачем Степашина все это сочинила? Или она сама в это верит? Ладно, потом разберемся, надо будет в местный психдиспансер заглянуть, навести о ней справки. Хотя, какой еще психдиспансер? Никто никогда не допустил бы до работы с детьми психически нездорового человека, а Степашина в детсаду всю жизнь работает, сделав карьеру от нянечки до заведующей.
Ладно, потом разберемся.
— Да что было… — отрешенно сказала Мария Егоровна, — очнулась я через какое-то время и со всех ног бросилась бежать в детдом. Целый месяц я дрожала, боясь мести от Изюмовой, но, кажется, увлеченная своей жертвой, она меня не заметила. Гульнаре сказала, что ничего подозрительного не увидела, но от дальнейшей слежки отказалась наотрез.
Как жила дальше? Ну, старалась избегать ее, всегда боялась до жути. Если честно, я до сих пор боюсь, хотя не видела ее много лет. А тогда… На следующий день по городу поползли слухи, что бродячие собаки какого-то мужчину в парке загрызли. Они тогда, после войны, стаями бегали, наводя на людей страх. Вот и приписали, видимо им, чтобы дело закрыть.
