– Я столько всего наслушался.
– Встал бы и вышел.
– Нет, подожди. И вот мне сейчас столько хочется тебе сказать… И что ты потрясающая, и что мне с тобой было так хорошо, и что с моей женой мне так давно не было, и что я хочу тебя отсюда забрать и заберу, когда смогу… А это все тебе сегодня другие уже сказали.
– И вчера тоже.
– И вчера еще.
– Так что? Ты ничего мне из этого не скажешь теперь?
– Сказать?
– Лучше воды дай. Вон стоит.
* * *– Крестик… Ты веришь?
– Не знаю. А ты веришь?
– Раньше не верил. Как-то оказался у Свидетелей Иеговы.
Было так глупо и смешно. После этого долго еще… Как подумаю… Да. А сейчас… Да, наверное. Я… Молюсь иногда. Часто. Ну не то чтобы прямо молюсь… А прошу что-нибудь. Давай, Господи, так: ты мне это, а я тебе это.
– Хочешь, то есть, с Богом добазариться. Как все мужики.
– Опять ты?
– Ай!
– А женщины не так?
– Не так.
– А как?
– А так, что если и Бога нет, то тут вообще держаться не за что, в метро этом. Тогда совсем труба. А Он… Прощает. Он говорит: потерпи. Тут надо потерпеть, но это ради дела.
Да, люди мучатся, люди умирают. Но это не просто так. Это испытание. Его нужно выдержать. Ты не пачкаешься, ты очищаешься. Просто помни обо мне. Мне всегда можно выговориться. Я сам говорить не умею, но со слухом у меня все в порядке. Извиниться хочется – передо мной извинись. Позлиться – тоже можно. Давай. Ударь меня. Не держи в себе. Хочешь кого-нибудь любить – люби меня. Я тебе и отец, я тебе и жених. Иди ко мне на ручки. Я все вынесу. Я и не такое выносил.
Понимаешь? Земля без Бога – не круглая, а как гравий. Одни углы, одни острые края. Это Бог ее круглой делает, гладкой.
– Да. Без Него просто держаться не за что. Вот что.
– Надо только простить Его за то, что он с человеком сделал, за войну, за разрушенную планету, за всех убитых.
– Это не Он. Это мы. Он нам и потом еще руку протягивал, чтобы вытащить нас из ямы. А мы в нее – зубами. Это Он еще должен нас простить. Не знаю, простит? Я бы не простил на Его месте. Бог-отец никого не прощает.
Весь Ветхий завет – сплошь войны и спецоперации. А Иисус, наоборот, прощал всех.
– Не читала. Библия для тех, кто не верит. Чтобы их убеждать. А если просто веришь, и все, тогда все эти сказки мимо тебя. Ладно. Поздно уже.
– А если она не вся разрушена? Планета?
– Спокойной ночи.
* * *– Спишь?
– Как же, поспишь с такими соседями.
– А если я тебе все-таки скажу, что не вся планета уничтожена? Если не все заражено?
– Тебе приснилось, что ли?
– Правда. Я знаю.
