Вот Вера Павловна и решила отправить сына к сестре: пропустит мальчик две недели занятий в школе, так это не беда.
Не успела мать посадить Юру в вагон и вернуться домой, как ей позвонили из милиции с сообщением о смерти мужа.
В отделении с несчастной вдовой обошлись сурово. Хмурый мент жестко рубанул:
– Твой мужик убийца, вскрылись новые детали. Я ему позвонил, велел приехать, думаю, мы бы его задержали. А он с чердака сиганул – то ли зоны испугался, то ли совесть замучила. Собаке собачья смерть!
Вера Павловна в ужасе позвонила сестре, и они вместе решили: Юре незачем знать правду.
Мальчику известно, что отец совершил аварию, но не более того. Необходимо срочно менять квартиру, убегать в другой конец Москвы, а парню идти учиться в новую школу. Юре мать скажет, что отец умер от инфаркта. Подросток задержался у тетки на полгода. И только на пороге смерти мама рискнула открыть правду: Владимира убили."
"– Отчего Вера Павловна пришла к такому выводу? – в нетерпении спросила я.
– Ну не тяни!
Юрий хмыкнул.
– Мать в деталях вспомнила последний день жизни мужа. Утром, еще до моего отъезда, ему звякнули из отделения и велели прийти к трем часам. Отец задергался, занервничал и был очень рад, когда мы ушли на вокзал, хотя до этого без конца орал: «Придумала лоботрясу каникулы! Ему надо двойки исправлять, а не к тетке кататься, никуда его не пущу!» Мать до последнего боялась, что он меня дома оставит, поэтому мы на вокзал утром засобирались.
Поезд в четыре отходил, а мы из дома выскочили в одиннадцать. Отец как раз трубку повесил, когда я рюкзак схватил. Подошел он ко мне и вдруг сказал: «Давай, сына, не переживай, все перемелется». Я слегка прибалдел, думал, он скандал затеет, а тут человеческие речи…
Мать с сыном спустились во двор, и тут Вера Павловна сообразила: билет-то остался в спальне, на трюмо. Велев Юре посидеть на лавочке, она вернулась в квартиру. Ей не хотелось слышать комментарии мужа по поводу ее забывчивости, поэтому она старалась не производить шума.
На ее счастье, супруг разговаривал в кухне по телефону.
Вера Павловна на цыпочках прокралась в спальню, схватила билет и тихонько шмыгнула назад в прихожую. Но тут услышала громкий голос мужа, полагавшего, что он в квартире один.
– Не надейся, что я буду молчать! – орал Коротков. – Подставил меня по полной! Кто обещал, что в «Одуванчике» никого не будет, а? Вот тебе со мной прицепом и идти.
