– Кредит возьму в банке!
– Ладно, ладно, только не нервничай, – дал задний ход Кондратьев. – Если надо…
– Очень! – рявкнул полковник. – Хочу проявить отцовскую заботу!
И Виктор не нашелся что ответить…
Рассказав мне это, он примолк и снова полез за сигаретами.
– С ума сойти! – поразилась я. – Никак не предполагала, что у полковника душевный дискомфорт.
Витька чиркнул зажигалкой.
– Он совсем сдурел. Вот мой папаша недолго мучился – развелся с матерью и смылся. И я больше никогда его не видел. А Дегтярев… «Сыночек, любимый…» Тьфу!
– Тёма сам нашел отца, хотел ему помочь, – напомнила я.
– Повезло полковнику, – вздохнул Витька. – Жена богатая, потом – бац – дитятко нашлось с алмазными копями. Прямо сказка! А у меня…
– Давай об Александре Михайловиче. Он взял кредит?"
"– Нет, не дали ему денег.
– Почему?
– Причин не объяснили, – хмыкнул Витька.
– Вот дурак! – не выдержала я. – Почему ж он мне ничего не сказал?
– Сам намеревался решить проблему.
– Но это глупо!
– Ему хотелось заработать, а не у семьи брать.
– Мог обратиться в тот банк, где хранятся наши средства, там бы ему точно дали ссуду.
Витька выбросил окурок в окно.
– Неужели не понятно? Это его сын, не твой. Значит, проблема должна разруливаться папашей.
– Идиотизм!
– Тебе этого не понять.
– Тёма не нуждается в помощи.
– Дело в желании Дегтярева.
– Хорошо, – сдалась я. – Что было дальше?
Витька нахмурился.
– Подробностей я не знаю. Полковник оформил отпуск и попросил: «Скажи всем, что я уехал на рыбалку». На самом деле он остался в Москве.
– Да зачем надо устраивать такой спектакль?
Виктор поежился.
– Некий человек предложил Дегтяреву работу – частное расследование. Пообещал отлично заплатить, вот полковник и обрадовался.
– Кто клиент? Что ему надо?
– Не знаю.
– А какое дело?
– Не знаю.
– Убийство?
– Не знаю.
– Поиск пропавшего ребенка?
– Сказал же, что не знаю! – заорал Витька. – Хоть сто раз спроси, ничего нового не услышишь. Он мне за помощь процент пообещал.
– Сколько?
– Секрет. Не скажу.
Не твое дело, – занервничал Кондратьев.
– Ладно, финансовая сторона вопроса мне неинтересна, – пожала я плечами. – Но похоже, Дегтярев влип в малоприятную историю.
– Ох, чуял я беду, чуял… – простонал Витька.
– Хорошо, – прервала я его стенания, – с мотивацией понятно. Прав был Шерлок Холмс, когда говорил Ватсону, что в корне всех преступлений зарыты деньги. Даже если речь идет о великой любви, покопай поглубже и услышишь нежный хруст казначейских билетов.
