Мятежная леди

— Смотри, что я наделала из-за тебя! — вскричала Фиона, со смехом пытаясь вырваться из крепких объятий мужа. От неожиданности она рассыпала яблоки, а ведь набрала целый передник! Впрочем, Фиона тут же забыла о яблоках, лишь покачала головой.

Обняв ее за талию, Дикон улыбнулся и свободной рукой повернул ее лицом к себе.

— Пусть их подберет Нэн, — заявил он. — Это ее развлечет. Я по тебе соскучился. Целый день, вокруг нас люди, ни минуты наедине с тобой!

Его лицо было так близко, а дыхание отдавало пряностями — после обеда под яблонями на закуску подавали яблочный пирог.

Керкхилл привлек Фишу к себе, и она чувствовала, как волнуется его плоть. В лице Дикона Фиона видела смех и любовный голод, столь яростный, что она сама загорелась ответным желанием, от которого кружилась голова.

Быть рядом с ним, навсегда! Как же страстно ей этого хотелось! Но Фиона понимала — долг еще не раз призовет Дикона под свои знамена. Такова уж жизнь на границе! Ему придется ее покинуть, но он непременно вернется.

И он будет ей верен, станет тосковать по ней, как она станет тосковать по нему.

С того дня как они повстречались, трава и листья на деревьях казались зеленее, небо — голубее, а цветы — ярче. Мир сделался добрее и теплее и неизмеримо прекраснее.

— Ты счастлива, любимая? — прошептал он ей на ухо.

— Да, — тихо ответила Фиона. — Даже не знала, что можно быть такой счастливой. Нэн, одно яблоко закатилось за дерево сзади тебя, — добавила она, обращаясь к новоиспеченной золовке.

 — Потом, улыбнувшись мужу, сказала: — Теперь, знаешь ли, они все будут битые…

— В самый раз для яблочных пирогов, — возразил Керкхилл. — Отнеси их на кухню, Нэн, когда соберешь.

— Будете есть столько яблочных пирогов — растолстеете, — заявила Нэн смеясь.

Набрав яблок в юбку, она умчалась.

— Кажется, она тоже счастлива, — заметила Фиона, глядя ей вслед.

— Да, все та же неисправимая насмешница. И знаешь, за кого она в конце концов изъявила желание выйти замуж?

Фиона взглянула на него с некоторым ехидством:

— За Тони, конечно.

Нетрудно догадаться.

— Но она говорила — ни за что его не примет, как бы ее ни уговаривали.

— Когда она ускакала из Данвити-Холла, а я догнала ее на дороге, Нэн мне призналась. Она решила, что, в конце концов, Тони, возможно, действительно ее любит.

— Помилуйте, и это она поняла лишь после того, как он отшлепал ее по мягкому месту!

— Да, — согласилась Фиона. — Непостижимо.

— Кажется, начинаю понимать.